ЧЕЛОВЕК ЛУННОГО СВЕТА

Казалось, его не встревожил прозвучавший в голосе однокашника металл. – Равновесие уже нарушено. Учитель вернулся, и ты не сможешь ничему помешать. Ты опоздал, великий и ужасный Иверсор!

Дархут повернул к магу кошмарную морду и угрожающе заклекотал.

На Шилак`ха повеяло стужей. Не той, что врывалась в покой из ничем не забранного узкого окна, а тем замогильным холодом, который царствовал теперь в осквернённом святилище.

Хранитель поднялся из кресла. Изменчивое пламя ночника высветило заострившиеся черты лица – казалось, Р`виол стал выше ростом.

- Выходит, ты знал… – прошептал оборотень. Он сидел перед однокашником практически безоружный, – ни верных кордов, ни оберегов, ни магических артефактов, – только воля и разум.

- Знал, – улыбнулся хранитель. – И помогал учителю, как мог. Ты сам говорил, что не любишь безволосых – за гордыню, за тщеславие, за то, что плодятся без удержу и распространяются, как чума. Разве не благо убрать их из-под ока Луны? Как жаль, что ты не увидишь этого: ты ведь истребляешь нечистых, а значит – враг мне.

Улыбка хранителя стала почти нежной. Пламя ночника, отразившись в бездонных тёмных глазах, зажило своей, отдельной жизнью. Кончики пальцев Р`виола заалели, поджигая воздух:

- Ты ведь знаешь, Шил, как это – проходить Посвящение. Оказаться в горниле Вселенной, где переплавляется всё и вся. Столько красоты… дыхание перехватывает. Красота и Свет. И в то же время – Хаос и Тьма. Столько Хаоса, что кровь стынет от ужаса. Стоит погрузиться туда – и всё смертное перестаёт существовать.

Шилак`х мог бы уничтожить однокашника усилием воли. Но Иверсор должен был узнать о заговоре. Заговоре, в котором смерть Цертуса была только промежуточным звеном. Не следовало также забывать о дархуте, который был рядом и жаждал разорвать извечного врага.

- У вас не завалялось ещё одного неосквернённого лабиринта? – Хрипло спросил маг.

- Пожить захотелось? – Криво ухмыльнулся Р`виол. – Не верю, Шил. Ты способный вер, но лицедейство – не твоя стихия. Фас!

Дархут прыгнул на сидящего в кресле Иверсора. Тварь метила в горло оборотня, но тот успел оттолкнуться и упасть на спину. Челюсти дархута сомкнулись на пустых ножнах, закреплённых на правом предплечье.

Второе кресло упало сверху и вспыхнуло, подожжённое заклятием Р`виола.