ЧЕЛОВЕК ЛУННОГО СВЕТА

- Надо же, – процедил он сквозь зубы, – очухалось.

- Что?

- Неважно, – бросил аватара. – Когда я скажу, хватай девчонку и прыгай!

- А ты?

Маг наградил Ак'роана таким красноречивым взглядом, что молодой вер почувствовал себя идиотом.

- Твой мешок забирать?

- Бери, – кивнул аватара. – Если я ещё и о нём буду думать… – и его глаза заволокло серебром.

Охотник едва успел закрепить на спине дорожные мешки, как над ухом раздалось громовое: «Прыгай!». Вер подхватил на руки девчонку, и, разбежавшись, сиганул в исчезающую входную дверь.

Уже в воздухе он понял: горница, в которой они ночевали, неведомо как оказалась под самой крышей. И теперь человек и вер летели навстречу твёрдой, как камень, глине.

Ак'роан с ужасом понял, что не успевает вырастить крылья. «Разобьёмся!», – мелькнула паническая мысль. Но шанс на спасение был. В родных горах охотнику подчинялся всякий камень, так почему бы не попытаться?

Вер сосредоточился. «Стань пухом!», – приказал он несущейся навстречу земле. Ничего не случилось.

Охотник не выдержал и зажмурился.

Ноги угодили во что-то мягкое и пружинящее. Вместо сокрушительного удара вер ощутил только лёгкий толчок. Удивился, открыл глаза. И увидел, что он с горянкой на руках утопает в белоснежном пухе. От удара пушинки разметало, и теперь они медленно оседали на землю. Двор будто снегом замело.

Зоркие глаза вера ухватили: пушинки горстями, – то здесь, то там, – превращаются обратно в глину. Ак'роан представил, как пух вокруг становится тяжёлой, неподъемной глиной, замуровывая их заживо – и закусил губу.

«Лестница, – мысленно приказал он. – Немедленно!»

Пух стал уплотняться на глазах. Перед охотником возникла ступенька, вторая, третья… Вер попробовал одну ногой – та поддавалась, но держала.

Мысленно сделав пальцы «рогами», удивляясь собственной дремучей суеверности, Ак'роан поднялся наверх. Отодрал вцепившуюся смертельной хваткой девчонку, оглянулся на заколдованный дом – с ним творилось что-то невообразимое.

«Выход» дрейфовал от крыши до основания и обратно.

Окна то возникали, то исчезали вновь. Бревенчатые стены выгибались и корчились так, будто их била падучая. Весь терем раскачивался, скрипел и визжал. Доски на тесовой крыше хлопали, как крылья с подрезанными перьями.

И где-то внутри этого кошмара был Иверсор.

Одна половина души Ак'роана стремилась помочь ему, вторая твердила, что охотник скорее помешает воплощённому. Пещерный вер в бессильной ярости укусил себя за палец.

Боль отрезвила.