Драконье царство

Граф обратил на меня суровый властный взгляд, но как человек поистине цивилизованный, не поддался на провокацию. Более того, сталь в его глазах сменилась внезапной задумчивостью и каким-то тяжелым сомнением, явно доставляющим ему неприятные переживания. От этой перемены я почувствовал себя почему-то гораздо более неуютно, чем прежде. Казалось, он пытался припомнить, не виделись ли мы с ним в прошлой жизни, и что бы это могло значить.

– Значение имен, мой мальчик! – вдруг проскрипело костлявое создание, сгорбившееся на буром муле, тихонько неприятно хихикая.

Оно повернуло голову, выглянув из-под капюшона, и я увидел большие блестящие черные глаза, какие могли бы быть скорее у молодого человека, а не у старика – такой в них был живой подвижный блеск. – Имена приковывают к судьбам, определяют прошлое и будущее, жизнь и смерть. Имена нами правят! – Друид выехал вперед, потеснив графа, и остановился, опять тихо захихикав. Выпростав из-под засаленных складок темную жилистую кисть, он повел ею перед нами, странно шевеля пальцами.

– Эй, потише, – проворчал Олаф. – Ты, старик, часом, не Мерлин?

Опять хихиканье.

– Я-то свое имя знаю, а вот знаешь ли ты? Смотри, а то совсем забудешь.

– Гавейн, – сказал Олаф. – Гавейн с Оркнеев.

Коричневая кисть переместилась, указывая теперь на Фризиана.

– Галахад, – ответил тот, с улыбкой кивнув на Гамлета. – Мы с Ланселотом вместе из Малой Британии.

Гамлета слегка скривило от такого соседства.

Коричневые пальцы указали на меня.

– А ты? – спросил вкрадчивый голос.

Я пристально посмотрел в блестящие глаза. Почему-то испытывая желание упираться рогом и рыть землю копытом. Это настроение было явно ненормальным, провоцирующим, и поддаваться ему не стоило. Кто сказал, что эти люди желают нам зла? Просто у них несколько навязчивая манера общения. Которую я, кажется, стал плохо выносить. Но они тут ни при чем.

– Эрик, – наконец назвался я, не подозревая, какую это вызовет реакцию.

Друид, кажется, лишь немного удивился, но Кей охнул и неловко дернул поводья лошади – та возмущенно заржала. Граф вздрогнул и выглядел ошеломленным. Я тоже удивился. Что я такого сказал? Напомнил кому-то, что у него неоплаченный счет за чью-то пролитую кровь?

– Откуда ты? – спросил друид.

– Не знаю, – ответил я беспечно. – Моя память об этом спрятана у фей в полых холмах.

Это они тоже отказались воспринимать метафорой.