Драконье царство

«Чего уж там», – отмахнулись мы.

Мельвас подошел к жертве сзади и сделал рукой с ножом короткое небрежное движение, ударив... – для такого мягкого и ласкового жеста даже странно такое слово, – куда-то в центр спины. Издав тонкий жалобный вой, жертва обвисла как тряпичная кукла, парализованная разрывом спинного мозга, но еще совершенно живая. Воины сорвали с несчастного все веревки и швырнули его в огонь.

– Это для того, – пояснил Бедвир, – чтобы потом сделать предсказание по тому положению, которое примет сожженное тело.

– И часто он так поступает? – спросил немного позеленевший Гамлет не очень твердым голосом.

– Говорят – нередко. Мельвасу ведь тоже интересно, как повернется Божий Суд.

Небо совсем потемнело. Мельвас воздел к нему руки и что-то прокричал. Нож блеснул тускло и холодно, каким-то краешком, в остальном он казался черным от жертвенной крови. Будто в ответ на призыв, в небесах низким рокотом прокатился гром. Очень кстати. Из толпы донеслись охи и ахи. Бог грома ответил.

Бедвир тревожно поглядывал на небо.

– Вы ведь ничего больше здесь не хотите узнать?

– Спасибо, пока достаточно – кашлянув, покачал головой Олаф.

– Тогда вернемся. Как бы гроза не разыгралась.

– Не разыграется, – возразил я, когда мы повернулись, чтобы спуститься с холма. – По крайней мере, не в ближайший час.

– Откуда ты знаешь?

– У меня какое-то мерзкое чувство. А перед грозой мне обычно страшно весело.

– Ну ты даешь! Перед грозой – весело?! Эй, а к Таранису ты не имеешь никакого отношения? Ну ладно, ладно, это я так, ведь обещал не спрашивать.

«Люблю грозу в начале мая…» – при чем тут обугленные тушки? Да и май, собственно, еще не начался.

Первым, что мы услышали, возвращаясь, оказался визг Брана. Его можно было, конечно, принять за крик какой-нибудь птицы или бьющейся в истерике кухарки, но нас на мякине не проведешь – мы поняли, что визжал именно Бран, авторитетнейший в своем роде жрец. Потом ветхая дверь с хлопком распахнулась, и из нее выскочила... королева Моргейза собственной персоной.

Капюшон ее плаща был опущен, но, как и в случае с визгом Брана – попробуйте обмануть кого-нибудь другого! Мы так и остолбенели, пока королева вихрем проносилась мимо, шипя что-то под нос как рассерженная кошка, а может, посмеиваясь. На нас она не взглянула, зато мы, уставившись на нее, чуть не проглядели поспевающего за ней высокого старца в жреческом одеянии с белоснежной тщательно ухоженной львиной гривой и посохом с навершием в виде колеса со спицами.