Путешествие на Восток

— Но дерево гниет и разваливается, и этот мост не выстоял и одного поколения. Они строили вновь и вновь. Из железа. Из камня. Все было тщетно: любое творение рук человеческих преходяще, и Лондонский мост всегда рушится, сколько его ни отстраивай. Вечна только жизнь, возрождающая сама себя из праха. Ты понимаешь меня, младший Певерелл? Смотри!

Он указал куда-то вниз, и я перевел взгляд на глину, липкой поверхности которой уже касались мои пальцы. Липкой… Залитой вязкой жидкостью со знакомым железистым запахом. Кровь! Вздрогнув, я отдернул руку и сделал шаг назад.

Каменщик прекратил свое занятие и вгляделся мне в лицо бездонными черными провалами на месте глаз. Его губы разъехались в широкой улыбке, обнажив острые осколки гнилых зубов.

— Это сон, — сказал я, пытаясь проснуться, и повторил громче: — Это просто сон!

Смутная мысль забрезжила у меня в голове, когда я смотрел на страшно преобразившегося Каменщика. Тогда, у него в доме, он сказал нечто странное, чего не должен был говорить, если только…

— Ты же все знал, — проговорил я.

— Эйлин! Что ты сделал с ней?

Гин Балша раскрыл рот и захохотал сиплым, захлебывающимся смехом. Я развернулся и побежал, но почти сразу чья-то липкая холодная рука схватила меня за горло. Я захрипел и рванулся изо всех сил. Что-то опутало мои конечности, и я повалился на твердый пол, больно ударившись локтем. Боль согнала с меня дурман, и в следующее мгновение я осознал, что сижу на полу, освещенный из окна начинающей убывать луной и запутавшись в собственном одеяле.

Локоть сильно саднил, но вовсе не боль заставила меня вскрикнуть:

— Вставайте!

Амар, который, похоже, и не думал засыпать, показался из темноты, по-прежнему сжимая свой верный шест. Антиох, выругавшись, соскочил с кровати и в один прыжок подскочил ко мне, замерев в нерешительности: как видно, он вообразил, что на меня напали. Даже Кадм соскользнул на пол, тряхнул головой и, тяжело дыша, подошел ближе.

— Что, черт возьми, случилось? — резко спросил Антиох.

— Каменщик! — выпалил я, пытаясь удержать в сознании мысль, которая явилась мне в сновидении.

— Проклятый Гин Балша отлично знает, где Эйлин. Это он стоит за похищением, собственной персоной. Кто-то из его людей убил Вильяма и выкрал его дочь, чтобы…

— Подожди-подожди! — запротестовал мой старший брат. — О чем ты говоришь? С чего ты взял, что этот Каменщик вообще здесь замешан?

— Я знаю! — с нажимом сказал я в надежде, что упрямый Антиох не надумает спорить со мной среди ночи.