Путешествие на Восток

— Не ходи, — повторила она, и меня нисколько не удивляло, что она способна говорить. — Они ждут тебя.

— Мы ждем тебя, — донеслось из клубов дыма.

— Ждем, — прошелестел ветер, взметнув облако пепла.

Земля дрогнула, и обугленные ветви ближайших деревьев осыпались черным крошевом в золотых искрах угасшего огня. В плотной пелене дыма показались очертания человеческой фигуры — слишком неправильные, искаженные для того, чтобы принадлежать человеку. Каждый шаг существа отдавался в моих собственных костях, и от этих глухих ударов становилось трудно дышать, словно мою грудь придавили каменной глыбой.

Страшный человек остановился, возвышаясь надо мной подобно каменному изваянию. Он и был изваянием — с его безволосой бугристой плотью из сырой глины и темными провалами на месте глаз и рта. Мой взгляд остановился на изломанной линии, выжженой на лбу существа. Руна Зиг? Бесформенная рука метнулась вперед, и холодные пальцы впились мне в горло. Существо зарычало, и я почувствовал, как мои ноги отрываются от земли.

Чудовищная глиняная маска вместо лица заслонила собой окружающий мир, который утонул в кровавых сумерках.

— Глорификамус фигулюс! — пророкатала разверстая пасть, окатив меня запахом холодной земли.

— Кто… ты? — прохрипел я, пытаясь разжать убивающие меня пальцы.

— Я есть будущее.

Что-то хрустнуло в моей шее. Я попытался закричать в последнем мучительном усилии, но не смог выдавить из себя ни звука. Мир окрасился в багровый цвет, его очертания изменились до неузнаваемости, и там, за плотной дымкой вырос черный провал, сама пустота, подобная туннелю, прорытому в небесах, пустота, окаймленная кольцом нестерпимого блеска.

Пустота рванулась ко мне с яростью голодного зверя, и мое сознание, не выдержав безумного ужаса, покинуло меня.

* * *

Я поджег жировую свечу привычным взмахом палочки и сел на краю кровати, силясь сделать достаточно глубокий вдох. Дышалось легко, но я все еще ощущал холодные глиняные пальцы на своем горле, и удушье по-прежнему терзало меня. Невольно я коснулся ладонью шеи, словно и впрямь ожидал обнаружить там жуткую длань существа из кошмара, и только тогда увидел, что Эйлин не спит.

Она неподвижно лежала на боку и следила за мной встревоженным взглядом. Увидев мой последний жест, девушка приподнялась на локте, дотянулась до пера с чернильницей и вывела на уже порядком исписанном пергаменте новую строчку: «Сон?».

— Да, — кивнул я. — Кошмар. И там была ты, — сделав попытку улыбнуться, невпопад добавил я.