Самурай из Киото (первая книга)

Камни качались, и рыхлая почва ползла под ногами.

– Брось! – крикнул Натабура, хотя знал, что карабиды могут услышать. – Брось!

Учить дурака – все равно, что мертвого лечить. Язаки только жалобно вертел головой и отбивался от Афра. Наконец он упал и так испачкал еду, что она пришла в полную негодность.

– На! – кинул ребра Афра и, работая двумя руками, на карачках, отчаянно полез наверх.

Афра схватил одно из ребер, в три прыжка оказался рядом с Натабурой и с презрением посмотрел на Язаки, который далеко внизу барахтался, как рыба на берегу.

Они прошли еще с один тё. Язаки отставал все больше и больше. Его голова все реже мелькала среди камней. Потом надолго пропала, потом снова появилась. Потом не появилась и не появлялся с коку, и Натабура забеспокоился. Он скатился вниз. Сбылось то, о чем и так можно было догадаться: Язаки выдохся. Его огромный живот, как якорь, тянул вниз.

– Два пальца в рот, и вперед! – приказал Натабура.

– Чего?! – не понял Язаки, жадно, как рыба, хватая воздух.

– Тебе надо освободиться!

– Боюсь…

Существовало поверье, что в животе у человека живет его дух, и что он может выйти через рот, если его долго держать открытым.

А уж очистить желудок – это приличному человеку и предлагать не стоило.

– Кими мо, ками дзо! – выругался Натабура, словно Язаки действительно мог выплюнуть свой дух.

Лично он в это не верил, потому что они с учителем Акинобу регулярно чистили желудки травой орэн и до сих пор были живы.

– Еще чего! – возмутился Язаки и попробовал было идти дальше, но у него ничего не вышло.

Скорее, он полз, как червяк, беспомощно загребая землю. Перемазался только с головы до ног, а толку никакого.

– Ты хочешь попасть к карабидам? – спросил Натабура.

Язаки едва промычал – мол, не хочу, конечно! На некоторое время угроза помогла – он, пыхтя, взобрался на очередной увал, где силы оставили его.

– Не могу… – прошептал он. – Я умру здесь честно и благородно, как подобает дзидаю…

Насчет дзидая Натабура пропустил мимо ушей. Ну какой из Язаки дзидай? Сплошное недоразумение.

– Не умрешь, если сделаешь, как я сказал.

– М-м-м… – промычал Язаки, поводя головой, как нехолощеный бычок.

Ему было жалко проглоченного мяса, ценность которого увеличивалась от одного воспоминания о нем.

Подбежал Афра и лизнул Натабуру в лицо, словно прося прощения за нерадивого Язаки.

– Давай, – сказал Натабура, – одно усилие, и будешь бегать, как козлик.

Язаки снова только промычал:

– М-м-м…

– Я его поймаю…

– Кого? – через силу изумился Язаки.