Когда говорит кровь

Бык заревел и остановился, вспахав копытами землю. Он повернул могучую шею в сторону Скофы, с ненавистью смотря на него красным глазом.

Вот и все. Он таки накликал свою смерть. Рука солдата тут же потянулась к ножнам, нащупав рукоятку клинка. Вот только толку от него было мало — если с копьем еще и оставались какие-то шансы, то полтора локтя железа, даже если и убьют зверя, не смогут остановить его тушу.

Но в этот самый момент незнакомец рванул вперед и его короткий меч, сверкнул серебряной молнией, описывая полудугу у головы тура.

Зверя повело, он зашатался, разбрызгивая кровь из перерубленного горла. Сделав пару нетвердых шагов, словно не желая верить в собственную смерть, он повернулся к воину, и, издав полный боли и отчаянья протяжный стон, рухнул на землю. Незнакомец присел рядом с умирающим туром и одним быстрым движением добил животное.

Всё ещё не верящий в собственную удачу, Скофа подошел к растянувшемуся на земле зверю. И верно — мертв. Похоже, сегодня солдат попал к богам в любимчики. Ну, или удачи этого молодого мужчины хватило на них обоих.

— Вы в порядке… господин? — обратился он к незнакомцу.

Врожденное чутье подсказывало, что перед ним стоит совсем непростой человек. Да и показался он ему знакомым. На вид мужчине было около двадцати лет. Красивое узкое лицо с тонкими благородными чертами, прямым носом и волевым подбородком обрамляла аккуратная черная борода, а пряди длинных, доходивших почти до середины шеи волос, падали на высокий лоб. Крупные серые глаза смотрели с достоинством и вызовом, как у представителей древних и знатных родов.

Да и сам он напоминал ожившую статую героев старины: высокий, мускулистый, с широкими плечами и крепкими руками.

Одет незнакомец был в кольчугу, с нашитыми железными платинами, в добротную тунику из белой шерсти и белую накидку. Такая одежда ничего толком не говорила о его должности или звании. Единственное что бросалось в глаза из его костюма, так это крупная серебряная фляга, инкрустированная самоцветами.

— Да… в порядке,— слегка растерянно проговорил незнакомец.

— Вроде в порядке.

Неожиданно у самой реки послышался треск и из густых кустов выскочил маленький смуглый человек, державший обеими руками длинный кинжал. Одет он был в коричневую тунику и утеплённые сандалии, а через его плечо была перекинута большая сумка, из которой торчало несколько свитков. Взглянув на его шею, Скофа сразу заметил тонкий кожаный ошейник с серебряными бляшками — верный знак раба. На вид ему было уже под пятьдесят.