Дух Берсерка

От мощных прибрежных утёсов, плоские вершины коих тонули в тумане, веяло вековой незыблемостью. Казалось, они стояли здесь с сотворения мира, и даже Рагнарёк над ними не властен. Возможно, эти непоколебимые утёсы узрят люди возродившегося мира. А с ними и молодые боги, что переживут три страшные зимы над всем миром – предшественницы Гибели богов. Правда, это могут быть обратившиеся в скалы великаны, и тогда они пробудятся в день последней битвы…

Мы благополучно миновали опасное место, чтобы «Иггдрасиль» подхватил и понёс в крепких, хоть и холодных объятьях ветер.

Немного погодя он выпустил нас на бесконечный простор, мирное безмолвие которого нарушалось только скрипом вёсел в гребных люках.

Корабль пробирался сквозь льды. Хирдманны оставили вёсла, сызнова поставив приспущенный красно-белый парус. Я поднялся на нос и узрел два ледника, что мы должны оставить по левую руку. Один треугольный, выше второго, что более всего напоминает навеки замёрзшую волну. При желании я бы мог, встав на борт, дотянутся до вершины и влезть туда, чтобы сойти с пологой противоположной стороны.

Точно две отколовшиеся в минувшем части единого, сложи их вместе, ледники разделяются ныне водой. И ясно каждому, что время неизбежно отдалит оба друг от друга, брат от брата навсегда. И то же неподкупное время обратит их в воду, и уж тогда-то они смогут воссоединиться. Я долго провожал их взором, размышляя о схожести их судеб с человеческими…

Тёмную, синевато-белёсую хмарь над головой, захватившую светлую высь, будто рассёк молодецкий удар острого клинка, и та распалась пополам.

И в открывшуюся щель стремительно хлынула голубая лазурь ясного дня. Косая рана серого воинства пролегла поперёк нашего движения. А в самом дальнем конце трещины блеснуло золотом светоносное солнце, побаловав на прощание теплом своих стрел, и пропало где-то за щелью. Но её голубизна ещё долго радовала очи суровых воев.

– Добрый знак! – повеселел кормчий.

К вечеру тучи разошлись, согнанные с насиженных мест волей ветра, и вокруг посветлело. Драккар летел по морской глади на юг. Взобравшийся на мачту Арне указал на юго-запад. Вскоре и другие различили в тумане заснеженный берег, а за ним – покрытые снегом вершины сосен.

Мы загодя сняли голову дракона с носа и убрали подальше, дабы показать мирные намерения здешним людям и задобрить покровительствующих им духов. Ближе к берегу попался рыбак в лодке.