Дух Берсерка

– Да будет так, – величаво склонил он голову.

Тролли отступили к скалам, а люди взобрались на плато. Сколько ни вглядывался зоркий Арне, по праву носящий имя орла, а норн у подножия Мирового дерева не углядел. Тем не менее, Торстейн с Олафом шагнул внутрь волшебного сада. Оба не особо рассматривали красоты ухоженного цветника, больше их волновало отсутствие норн. Богини судьбы возникли полукругом у корней Ясеня, когда викингам оставалось пройти несколько шагов.

Одна, полностью скрытая плащом с капюшоном, наматывает на спицы пряжу с клубка шерсти.

Другая, в прекрасно выкованных доспехах неземной работы и шлеме с загнутыми вверх стальными крыльями, подхватывает нить и прядёт. Третья, в простом светлом платье, длинными ржавыми от времени ножницами обрезает. Урд, Вердани и Скульд.

Источник Урд протекает через весь сад, русло лежит прямо у ног богинь, они сидят на том берегу. Рядом притулись три старых черпака, из которых, вероятно, сёстры и поливают корни Иггдрасиля.

И Олаф, и Торстейн не решились отрывать норн от непростого занятия, благоговея в священном трепете.

Хотя на языках вертелся один и тот же вопрос. Богини словно бы прочли их мысли. Из-под надвинутого на чело капюшона Урд донёсся скрипучий старческий голос.

– Мы здесь всегда. Завеса незримости спадает, когда смертные приближаются к источнику.

А Вердани, средняя сестра, строго добавила, ни на миг не подняв взор:

– Все спрашивают. А у вас двоих и вовсе все мысли на лбу написаны.

Торстейн захлопнул рот, клацнув зубами, и наконец вымолвил:

– Приветствую вас, определяющие судьбы людей.

Я пришёл узнать о судьбе девы…

– Да, – подтвердила Урд, наматывая пряжу, – явился вопреки предупреждению валькирии. Не отомстил за пролитую родную кровь, а кинулся вызнавать о чужой судьбе, хотя у самого в судьбе перемены… Но пусть это сложит в песнь Вердани.

И снова Вердани продолжила вязать и вместе с тем рекла:

Вечный поиск – вот твой путь,

От рожденья до заката,

Ты, не в силах отдохнуть,

Вечно всё спешишь куда-то.

Поиск мыслей в пустоте

И счастья там, где горе,

Вечно ищешь в темноте,

Позабыв о вечной боли.

Ты давно забыл надежду,

Что однажды боль пройдёт

И вдруг рассвет забрезжит,

Где б найти покой ты смог.

Но долго боль глухую

Не сдержишь ты внутри себя,

Демон скоро атакует

Твою душу, зарычав.

А ты всё ищешь мира суть,

Стремясь вперёд куда-то,

Там лежит твой вечный путь

До самого заката…

По Торстейну словно прокатилась волна дрожи.