Европейский гамбит

Покончив со свечами, он удовлетворенно осмотрел дело своих рук и вернулся в кресло.

– Теперь мы можем не опасаться вмешательства с его стороны, – сказал хозяин комнаты, имея в виду мастера Штейнмана. – Нам остается договориться о следующей встрече и о том, какую информацию ты тогда предоставишь мне.

– Полагаю, через неделю вы вернетесь в Бремен, тогда я буду более осведомлен о делах мастера Боля, – гость по прежнему был вынужден обращаться с человеком в черном на «вы». Судьба мастера напрямую зависела от хозяина этой комнаты и они оба это хорошо знали.

– Нет! – отрезал собеседник. – Штейнман в городе. Я не хочу лишний раз подвергаться опасности встречи с Фридрихом. Мне не нравится идея вступить с ним в поединок, хотя он и уступает мне в искусстве.

Гость незаметно пожал плечами, подвергая про себя сомнению последнее высказывание хозяина.

– Ты приедешь в Мюнстер через полторы недели, – заявил человек в черном. – Там я найду тебя сам. Ты должен привезти мне всю информацию о посланцах Ганзы в Амстердам, о планах Магистрата относительно союза Ост Индских компаний.

– Я вынужден еще раз напомнить о том, что от нашего с вами союза пользу пока извлекаете лишь вы.

В голосе ответившего ему хозяина комнаты прозвучало неприкрытое раздражение:

– Я уже обещал отдать тебе Любек в полное владение, помочь получить дворянский титул. У тебя будет своя маленькая Ганза после моей победы.

Гость удовлетворенно кивнул, соглашаясь со словами хозяина. Он не верил ему ни в чем, но что могло помешать ему использовать этого закутанного во все черное человека для осуществления своих собственных планов.

XVI

Утро для Франца Ринглера начиналось весьма и весьма удачно. Несмотря на духоту, в его таверне «Мракобес» собралась толпа народу. Солдаты графа Лейгебе, наемники капитана Виндорта, обычные бюргеры праздновали вчерашнюю победу. Было шумно и весело. Служанки не успевали разносить вино и пиво, а сам хозяин, жутко ругаясь, пытался одновременно угодить посетителям и приготовить жаркое.

Потом произошло то, за что Франц не переставал себя винить еще долгое время после описываемого происшествия. Не меньше года.

В таверну вошли трое. Один высокий, широкий в плечах здоровяк, с мечом и пистолетами на поясе, одетый в чистую белую рубашку и черные кожаные штаны. Двое других, невысоких – гораздо ниже своего спутника – были одеты в черное и тоже были при оружии. Оружием Франц не интересовался – это дело городской стражи.