Дело огня

И по всему выходило, что убил золотого дракона человек, сидевший справа. Или нет?

– Ты знаешь, что Сайго Такамори не хотел мира с сёгуном, потому что мир не дал бы преимуществ Сацума? – спросил Ато, кладя справа от карты дракона другую. – И что советник Ито – тот самый, что с треском ушел из вашего отряда, – кивок в сторону полицейского, – не хотел мира, потому что в смутное время легче выдвинуться?

Еще карта легла слева.

– И что командир Мимаваригуми поклялся убить Сакамото? – карта сверху. – А императорскому двору не нужен был сёгун ни на каких условиях, – карта снизу.

Ато в упор смотрел на Асахину – нет, ночной убийца на Тэнкэна, в глазах горел красный огонь.

– Твой дракон был нужен мертвым всем. Кроме твоего сэнсэя, Тэнкэн, и Кондо. Вот потому сделать эту работу попросили меня, – Ато улыбнулся, – чтобы, в случае чего, Кацура-сэнсэй не мог отпереться, что рыцари возрождения тут ни при чем. И подкинули на место ножны его дружка, – он слегка двинул бровью в сторону полицейского, – кому как не Волкам из Мибу убивать патриотов по ночам, правда?

– Вот видишь, – сказал полицейский свитку на стене, – и вправду сами всё рассказали.

Черно-белый демон на рисунке не ответил.

– Не всё, – сказал Асахина Тэнкэн звонким, как утренний лед, голосом. – Он не сказал, кто попросил.

Ато улыбнулся – гадкой улыбкой, оскалом.

– В преисподней, куда ты, Тэнкэн, так рвался, тебя это уже не будет волновать.

– Не беспокойтесь, Асахина-сан, эти имена ни вам, ни мне не интересны, – полицейский выщелкнул еще одну сигарету.

– Разумеется, – тем же стеклянным голосом отозвался Асахина. – Он ведь не может. Театр Бунраку [26]. Куклы – вот они, а актеры в темноте.

Ато открыл рот – и тут его перекосило. Глаза съехались к переносице, лицо повело судорогой, кривящей рот, тело согнуло набок.

– Вот так, – заключил полицейский. – А кукловода здесь, увы, нет.

– Аоки? Или Уэмуры? Хотел бы я знать, зачем он спалил верхнюю деревню? Если уж имя себе взял...

Господин управляющий не был бойцом. Поэтому инженер его едва не пропустил – он полез за оружием так медленно, так открыто, что Асахине и в голову не пришло, что сосед будет не пугать, а стрелять.