Одинокий путник

— А если монахи захотят помешать тебе?

— Пусть попробуют, — бросил колдун через плечо.

— Тебе не кажется, что ты… просто храбришься?

— Конечно храбрюсь. Но я все-таки колдун, ты не забыл? И я не позволю этим ловцам душ… — он со свистом втянул в себя воздух и не стал продолжать.

И в первый раз достал со дна сундука меч в красивых инкрустированных ножнах.

— Видал? — гордо спросил он и улыбнулся Лешеку. — Эту штуку мне подарил старый дружник в Удоге. Это случилось, когда на город напали свеи, они часто на нас нападали.

— И за это он подарил тебе меч?

— Нет, — хмыкнул колдун, на ходу прикрепляя меч к поясу. — Мое участие в бою закончилось бесславно, меня оглушили первым же ударом и хорошо, что не затоптали. После боя, когда я пришел в себя, мы с дедом лечили раненых, многих нам удалось спасти, в том числе этого старого воина. И тогда он отдал мне меч со словами: «Никогда не лезь в бой, жди своего часа, но если враг подойдет к тебе вплотную, защищайся».

— Охто, но ты же не умеешь им пользоваться!

— Кто тебе сказал? Для меня пятнадцатилетнего это был такой подарок! Как же я мог не научиться? Тогда о боевой славе я мечтал гораздо больше, чем о лекарской стезе, во мне же течет варражская кровь, — он рассмеялся и вскочил на коня. — Я поехал, мне надо спешить. На всякий случай: серебро лежит в дупле раздвоенного дуба, помнишь? Где осиное гнездо.

Лешек растерялся — он не думал, что колдун уедет прямо сейчас! Ему так многое хотелось сказать ему на прощанье, так о многом расспросить! И эти его слова о каком-то дурацком серебре! Как будто он и вправду не собирается возвращаться!

— Охто, погоди! Я тебя хотя бы провожу! — крикнул он в отчаянье.

— Нет, не надо. Оставайся здесь и не уходи далеко от дома. На охоту не ходи, вообще в лес не суйся, сиди и читай Ибн Сину.

Он хотел тронуть коня с места, но Лешек вцепился ему в стремя:

— Охто! Охто, не уезжай! Пожалуйста, не уезжай!

— Да что ты, малыш? — глаза колдуна стали влажными. — Как же я могу не ехать?

Но Лешек припал щекой к его руке и взял ее в объятья.

— Не уезжай, Охто! Я прошу тебя! У меня никого больше нет, кроме тебя! Как я буду жить без тебя?

— Малыш… — колдун вздохнул. — Я, наверное, все-таки вернусь… Я ведь не умирать еду, а лечить людей.