Гусары нечисти не боятся

Не признаваться же святому отцу, что он натворил за последние дни! Тот понял его по-своему.

- Вот то-то, - несильно, но обидно тюкнул щепотью в лоб. – А жизнь-то, она такая! Ничего в ней переменить нельзя. Иной раз и рад бы все начать с начала, да нет. Грехи вольные или невольные Господь отпустить может, а вот жизнь переменить – никто новой не даст. Как отца с матерью не меняют, так и прошлое наше изменить нам не дано.

- А будущее? – поинтересовался юноша. – С будущим как же?

- Будущее от наших глаз сокрыто.

Что на роду написано, что суждено – на все Божья воля. Господь в неизреченной мудрости своей всегда дает человеку выбор – поступить так или иначе, сделать шаг вперед или назад, промолвить слово или промолчать. Но грех совершает тот, кто пытается заглянуть в свое будущее. Тем самым он ставит под сомнение мудрость Отца Нашего и сам себя свободы воли лишает.

- А по мне, так лучше знать, где упадешь, чтоб успеть соломку подстелить, - отмахнулся Николенька.

– Вот кабы знал, что так будет…

Короткая резкая боль пронзила бок, словно к коже приложили и тут же отдернули раскаленное железо. Юноша вздрогнул.

- Что?

Николенька отмахнулся было – не хотелось, чтобы кто-то посторонний проник в его тайну – но потом кивнул.

- Это тебе Господь знак подает! – сообразил священник. – И надлежит тебе, вьюнош…

Он не договорил. На дворе послышались стук колес, топот копыт, голоса. Возле храма толпился народ, и приезжие заговорили с ними.

- У отца Амвросия, - чаще других повторялись слова. – Там он!

- Кому до меня там нужда пришлась? – священник приосанился, шагнул к дверям

Николенька, присевший на лавочку, остался сидеть. Не то, чтобы ему не было любопытно – просто боль в боку еще давала о себе знать.

Священник вышел из дома, но почти тотчас попятился назад, не спеша затворять двери, так что удовлетворить любопытство его гость мог запросто. Тот увидел, что к крылечку подходят трое. Двое были жандармами, третий – по виду штатский, но в серо-черном сюртуке, который Николенька уже где-то недавно видел.

- С кем имею честь беседовать? – мягко поинтересовался священник.

- Особый отдел Третьего отделения, - отчеканил тот штатский. – Установлено, что в вашем доме может находиться объявленный в розыск гвардии поручик Пятого гусарского полка Николай Валерианов сын Иваницкий.

- Объявленный в розыск? – немного растерялся священник.