Наум Заревой - осиновый кол в руке революции

Нашедшему – десятую часть, седьмую поделю меж всеми, – Егорка заметил,  про третью часть бедным Самир ничего не сказал.  

На этот раз все поднялись споро, в темноте седлали коней, но недовольных речей слышно не было. Егора подняли с твердой земли, где он сумел задремать на час-другой, перевязали веревку на руках, перекинули через круп коня одного из убитых бандитов, как ехали, он не запомнил, и хорошо. 

Двигались споро, но без запала, шагом, чтобы ведущий, дервиш на своем осле, поспевал. 

Разбойничья пещера – черный свод на склоне невысокой пологой горы, предстала перед ними на границе рассвета, небо еще только светлело, чуть розовела полоска горизонта.

Бандиты заготовили и пучок факелов на старой стоянке, обмотали кривые палки какими-то тряпками, политыми  пригодившимся маслом. 

Егорку сняли с коня, бросили возле камня, недалеко от входа. Дервиш слез с осла, бросил драную попону вместо коврика, встал на минуту на колени, потом поднялся и пошел первым.

Егора замутило, почудилось, будто из пещеры тянет слабым, но явственным духом падали. 

Хитрый главарь оставил с лошадьми двух часовых, в теплых полосатых халатах и бараньих шапках им было в самый раз сейчас. Хотя бодрыми они не выглядели – о чем-то переговаривались сварливо, усевшись на попоны и положив карабины на колени, недовольные, что лишились шанса найти клад.

Впрочем, он не жаловался, если желал, то Самир-паше – споткнуться и проломить  о камень лысую башку. 

Пронзительный крик донесся из черноты, потом еще. Выстрелы вразнобой, странные звуки, не то стоны, не то булькающие хрипы. Еще вскрик – уже точно человеческий.

Часовые вскочили, вскинули карабины. Из пещеры прозвучало «Во имя Аллаха!»,  показалась белая фигура: дервиш. Размахивая руками, с выражением ужаса выскочил он наружу.

Оба бандита подломились в коленях и куклами упали наземь. 

Егор пригляделся: у одного из глазницы торчала белая ручка ножа, у другого – в кадыке засела четырехлучевая странная звездочка с ладонь.

Дервиш опустил руки, подошел к одному убитому, выдернул нож и вытер о его халат, подошел к другому – вытащил из глотки звезду, аккуратно, чтоб не обрызгало хлынувшей темной кровью. Пошел к Егору.