Фейри в сапогах

      *

      По жесту графа вся челядь удивительно быстро покинула большой зал, почти беззвучно закрыв тяжелые дубовые двери. Снова здесь оказалось трое — Гастон, кот и благородный господин против них.

      Нет, пока еще — только напротив…

      - А теперь, господин внезапный барон Карабас, — граф по-хозяйски уселся в баронское кресло, — а также почтенный Кот-в-сапогах, я хочу знать правду.

      Гастон по привычке грохнулся на колени, в последний момент вспомнив, что благородные на оба колена не становятся.

      - Милостивый господин граф, — сказал он, — я в вашей власти. И этот замок и его богатства — тоже в вашей власти. Я всего лишь никчемный третий сын своего отца, который не имел титула и земель, чтобы оставить их своим детям. После его смерти мой старший брат разделил то немногое, что ему досталось, со средним братом, а меня отправили куда глаза глядят, позволив взять лишь то, что я унесу.

      - И этой помощью, — усмехнулся граф, — стала добыча тебе баронства?

      Гастон твердо помнил, что именно надо отвечать.

      - Баронство, милостивый господин граф, можете пожаловать только вы. В вашей воле оставить меня здесь или отправить, откуда пришел.

      - Как ты победил барона и как сумел спрятать тело? — спросил с живым интересом граф. Он оглядывал залу, задерживал взгляд на медвежьих следах и на разорванной кольчуге Гастона, но не заговаривал о том.

      - Ваша милость, то, что я говорил — правда. Место барона занял оборотень-людоед, из-за которого исчезали люди в этом городе и окрестностях. Он не умел драться, как настоящий барон, а вместо того обернулся медведем и попытался меня сожрать.

      - Я полагал, — раздраженно бросил граф, — ты не станешь настаивать на этой небылице.

      И недовольно покосился на отметины медвежьих когтей на столе. Стол слуги успели установить как положено, а следы драки убрать, понятное дело, не успели.

      - Но я-то не небылица, милостивый господин граф, — промурлыкал позади кот.