Sophie

Однажды, я пробегала мимо маминой спальни, дверь была приоткрыта и я ясно услышала, как маман говорила обо мне: «Вот Софи, вроде бы симпатичная девушка растет, но ее эти ужасные, огромные губы – пельмени, все портят. Такую разве выдашь выгодно замуж». Я секунду стояла опешив, а потом неслась в свою комнату. Там я долго плакала. И недоумевала, за что же она так жестока со мной.

Я еще раз умылась, прополоскала рот. Надо будет посмотреть передала ли маман мою зубную щетку и порошок. Я не люблю, когда коснешься кончиком языка зубов, а у них налет.

В дверь стукнули и поторопили к завтраку.

Я вышла и пошла по коридору к лестнице. Спустилась. Стою в холле, прислушиваюсь. Куда мне идти? Ночью я, кажется, повернула налево и была на кухне. Вчера нас с маман проводили, кажется в ту дверь, за ней была небольшая гостиная. Я обратила внимание на двойные двери слева от меня. Надеюсь там столовая. Я несмело подошла к ней и хотела открыть двери, как они распахнулись сами.

- Ой, деточка, Софьюшка, можно я так тебя буду называть? – тут же хозяйка дома подхватила меня за руку и повела в комнату.

Это и правда оказалась столовая. Внутри было светло, большие окна, как модно во Франции – от потолка и до самого пола. Большой светлый стол посреди. Стулья с высокими спинками оббитые светлым материалом. На столе уже стояли тарелки. Пахло очень вкусно и у меня предательски заурчало в животе.

- Ой, голодный ребенок, - воскликнула Анна Леопольдовна и потащила меня, усадила за стол, придвинула мне тарелку.

Молодая девушка, в сером платье, зашла и забрала пустые тарелки. Я проводила ее взглядом.

- Это Марта, - сказала хозяйка проследив мой взгляд, - сегодня у меня выходной, я тебе все покажу, со всеми познакомлю. А ты подумай, может быть тебе что то нужно? 

Анна Леопольдовна налила мне в чашку чай из маленького чайничка и придвинула ко мне поближе поднос с треугольными круассанами.

После чаепития мы пересели на кресла у окна.

- Я постараюсь тебе сейчас все объяснить, - хозяйка враз посерьезнела, - я по твоему поведению поняла, что Екатерина Сергеевна (я дернулась услышав имя моей матери) не потрудилась объяснить тебе, что происходит. Я права?

Я кивнула головой и опустила глаза, чтоб не увидели заигравшие слезы.