Спасение не-рядового М.

– Не всем же щеголять серьгой в ухе, – ответил Мэй Чансу беззлобно – Мое второе «я» – действительно скромный книжник, и желания его скудны, как подобает простолюдину. Для Су Чжэ – и такого владения много...

Чудесный актер, господин Мэй Чансу. И идеальный лжец.

– Неужели ты желаешь через свое пренебрежение суетным достичь чести быть взятым живым на Девять Небес? Тогда уж сними с плеч накидку с соболями и вынь из волос нефритовую заколку.

– ...А для Мэй Чансу – мало, – твердо договорил тот.

Линь Чэнь вздохнул. Еще бы ему не знать Мэй Чансу с его грандиозными планами. Честолюбие того равнялось его же хитроумию, и во владение ему хватило бы разве что всей Лян, с ее горами и реками. Не навсегда, так, ненадолго позаимствовать: исключительно чтобы искоренить свершившуюся в ней дюжину лет назад несправедливость.

– Одно непонятно. Ты все-таки глава гильдии, а не уличный босяк. Уважаемый человек. А за десять с лишним лет не взял в дом ни жены, ни наложницы, – высказался он неожиданно.

– Линь Чэнь, ты никак меня сватаешь?

Хозяин Архива смерил Мэй Чансу медленным взглядом сверху вниз. Хрупкое сложение, несмотря на рост, узкие пальцы с полированными ногтями, неподвижная фарфоровая красота лица, на котором даже сейчас не зажегся румянец.

– Нет, просто расспрашиваю. Что с тобой не так, Чансу? Я даже питал надежду, что ты втайне утешаешься теплом южного ветра, но и это неправда. Если что и согревает твою постель, то одни нагретые камни. Ни прелестника, ни девы. Ни... нет, пожалуй, про грубые развлечения диких пастухов мы и упоминать не будем. – Глядя на изумленно округлившийся рот Чансу, он пояснил: – Слыхал я про одного государственного мужа, который предпочел бы в постели овцу, потому что у тех нет привычки болтать и шпионить.

Ответа Чансу придумать еще не сумел.

– Ты ведь нарочно взял в телохранители ребенка, в управляющие – солдата в летах, в поварихи – почтенную матушку, а в лекари – старца? Чтобы никто точно не усомнился, что на ложе ты исключительно спишь и болеешь.