Под звуки кифары

Щита в руках у него не было. Весь боевой запал пленников, как бурей сдуло. Папа Тантал затих, вжимаясь в землю. Аминта с ужасом смотрела на циклопа. Он, пошатываясь, добрёл до валуна и сел. В его мокрой бороде запутался кусочек мяса.

Вновь грянул гром и лакониец вздрогнул. Он что-то невнятно забормотал и начал сползать на землю. Циклоп сжался в комок и обхватил голову руками.

- Бежим, – послышался шёпот, и папа Тантал зашевелился. – Бежим.

В темноте у стен заметались тени. Люди стараясь не шуметь пробирались к выходу.

- Прости, – шепнул папа Тантал.- Аминта, пойми, я должен идти. Я вернусь за вами. Я обязательно вернусь.

И Тантал, пригибаясь к земле, нырнул в темноту. Сердце у Аминты защемило. Она не хотела оставаться. Папа обещал вернуться, но что он сможет сделать с этим чудовищем? Рядом захныкали близнецы и циклоп вздрогнул. Он вновь поднялся во весь свой рост.

- Бежим! – уже не скрываясь, закричали люди, и тёмные силуэты бросились к натянутой парусине.

Одного за другим их глотала тьма, выдыхая в пещеру дождевую пыль.

Один из беглецов вскрикнул и упал, держась за ногу.

- Не бросайте меня, – застонал он, пытаясь ползти.

Аминта посмотрела на циклопа. Догорающий костёр играл тенями на его изуродованном лице. И оно сейчас не было страшным. Нет. Уставшим и растерянным.

- Глупцы, – еле слышно проговорил циклоп. – Они убьют вас…. Бурекрылые убьют вас.

Сквозь порывы ветра разлился протяжный вой и Аминта зажмурилась.

* * *

Буря уходила. Громовые раскаты звучали всё тише. Только ужасный вой сквозь порывы ветра врывался в пещеру, сковывая льдом сердце Аминты.

Бурекрылые! Слова циклопа испугали её. Но больше девочку пугало бездействие лаконийца. Он не ревел в ярости, проклиная беглецов, и не пытался их догнать. Он боялся. Боялся тех существ, что так страшно выли за тонкой парусиновой перегородкой. Аминта ждала, что циклоп выместит злость на оставшихся пленниках. Но он, будто бы, выдохся. Гигант оттащил человека с раненной ногой снова к каменной стене и связал. А потом обессиленно свалился у огня и вскоре захрапел. Сон его был тревожный. Циклоп вздрагивал и стонал.

Время от времени Аминта тоже проваливалась в сон. Усталость обволакивала, убаюкивала девочку. Но сны были страшны и слишком похожи на реальность. Чёрные тени с дырами вместо глаз на клубящихся крыльях тянули к ней свои когтистые лапы и выли так, что душа сжималась в комок. И не было спасения. Девочка просыпалась и снова слышала этот ужасный вой, но уже наяву.