Серебряные стрелы

Хотя жилище находилось за несколько кварталов от Касагранды, выглядело оно настоящей крысиной норой – убогим жилищем бедняков. К изначально одноэтажному каменному дому пристроили второй этаж, а потом из дерева третий, покрыв, как и всё в Добробране рыжей черепичной крышей. Здесь ютилось несколько семей, не имевших возможности купить или построить себе жильё; съезжать им тоже было некуда, и потому оно показалось впервые оказавшемуся здесь молодому человеку смердящим муравейником. Деревянные стены были настолько тонки, что жильцы первого этажа запросто могли разговаривать с теми, кто жил на самом верху.

    С давних времён акры земли вокруг принадлежали семье матери Октавии, и городом выплачивалась рента за право пользования ею. Но когда все они умерли, городские власти наложили на землю руку, а им оставили большую комнату на первом этаже с отдельным входом, да право собирать с жильцов мизерную плату. Для своих семнадцати лет девушка была удивительно высокой, лишь не на много уступавшей в росте Матфею, в котором были добрые шесть футов, заметно отличалась от остальных.

 - Я пришёл извиниться. Возможно, я обидел тебя, но просто всё это было так неожиданно. Неужели это правда? – начал юноша, стоя у порога и люди, бывшие в этот момент в доме, бросили дела, прислушиваясь к разговору.

 - Правда. Но сейчас не лучшее время обсуждать наши дела. Ты пришёл только за этим?

 - Не совсем. В честь окончания войны Элисандра устраивает зрелища, и мы можем сходить на них. Если желаешь. – Занятая своими проблемами Октавия упустила происходившие вокруг события и только сейчас вспомнила о возвратившемся в город войске. Она никогда не видела Зрелищ, и поэтому согласилась, с одним условием:

 – Хорошо, я пойду с тобой, но с нами будет ещё моя младшая сестра.

 - Тогда через два дня я зайду за вами, - обрадованный случившимся примирением воскликнул молодой человек. Выплеснув, наконец, воду девушка вошла в дом и, не удосужившись приглашения, Матфей пошёл восвояси.  

***

    Хотя победа в Странной, неугодной Небу войне, не являлась привычным военным Триумфом, тем не менее, отмечалась она с размахом.