Кинжал Призрака

- Каким образом? – удивился Антрес.

Виттория вздохнула, перевернулась на спину. 

- Когда ты исчез, я решила уехать из Венеции. Я купила себе дом во Флоренции и пыталась там прийти в себя. Мне казалось, что без тебя моя жизнь утратила всякий смысл. Я чувствовала пугающую пустоту, с которой я должна была идти в вечность, и мне становилось безумно страшно. Но я смогла избавиться от этого страха. 

- Как? – Антрес повернулся к девушке.

- Я стала искать, - Витта с нежностью взглянула на него. – Чем я только не интересовалась: живописью, литературой, даже религией.

Я полностью погружалась в новое увлечение, заполняла им всю свою жизнь, надеясь, что это поможет.

- И ты нашла, что искала? – не унимался Антрес.

- Тогда мне думалось, что да. Сейчас, кажется, что нет, - она провела внешней стороной ладони по щетинистому подбородку Антреса. – Но важен именно поиск. Нельзя сдаваться, нельзя позволить идее о бессмысленности вечного существования омрачить твою жизнь. Смысл всегда есть, просто его, как и настоящую любовь, нужно искать.

Если бы не ты, я никогда бы этого не поняла.

Антрес приподнялся на локтях. Его правая ладонь легла на щеку Витты. Пальцы затерялись в ее шелковистых волосах. Впервые за время их знакомства, Призрак увидел в Виттории не просто красивую девушку. Перед ним была настоящая alius – мудрая, знающая свое место в этом мире, но при этом легко приспосабливающая к меняющейся жизни.

- Прости меня, - прошептал он.

- Уже простила, - улыбнулась Виттория.

15 век

Когда пятнадцатый век перевалил за свою середину, Виттория стала всерьез опасаться возвращения Мастера.

Она знала – это единственный, кого Антрес, ее Антрес, ценит больше нее. Два века Призрак был рядом с ней. Конечно, Витта не привязывала его к своей юбке и легко отпускала его, когда ему нужно было уехать. Однако Мастер представлялся ей той силой, которая в состоянии разрушить хрупкую иллюзию счастья, что девушка создала. Витта боялась даже представить, что случится, когда Антрес снова почувствует возвращение Мастера.

Это произошло во время обеда. Виттория проявила всю женскую хитрость, на которую она была способна, чтобы сделать совместные обеды каждодневным ритуалом. Антреса роскошная сервировка и разнообразие блюд немного напрягали, тем не менее, он составлял Витте компанию. Они почти никогда не разговаривали – не любили пустых разговоров.

Обед шел как обычно, пока неожиданно Антрес не замер. Его взгляд застеклянел и руки задрожали.