Острова

— Верно говорите, — усмехнулся Кайт. — Парни! Перестаём переживать по пустякам и готовимся к обеду! Он и так должен был быть сварен уже час назад.

Коннор тем временем окончательно пришёл в себя — и теперь время от времени бросал злые взгляды на альва, но снова заговорить не решался. Остальные же, сорвавшись с мест, начали снова сновать туда-сюда, расставляя бочки с тюками по всей окружности помещения; бочку с солониной вообще открыли сразу же. На противоположной от входа стороне оборудовали и походный камбуз, который выглядел просто как кучка дров и подвешенный над ней котёл на увесистой треноге.

Тревор, беззаботно насвистывая, разжигал огонь, а остальной экипаж расположился вокруг него но на почтительном удалении. Мало того, что мешать коку во время работы было чуть ли не преступлением; ботиец сгоряча мог и огреть чем-то тяжёлым, если лезть ему под руку.

— Говорите, что это из-за магии капитана произошло? — негромко обратился Хэкьвос к Эарну.

— Почти уверен, — постучал альв пальцами по каменному полу.

— Ровно в тот миг, когда он начал открывать эти сраные ворота, я и ощутил что-то неладное — но подумал, что у меня опять с башкой какие-то беды начались. Надо было, наверное, ещё тогда начать что-то делать…

— Да что бы вы сделали, Эарн, — вздохнул маг. — Разве вы могли предположить, что какой-то мудак начнёт швыряться в нас с небес огненными шарами? Это же, правда, просто уму непостижимо.

— У вас есть какие-то мысли, Хэкьвос? — задумчиво спросил Кайт.

— Только большое подозрение, что как-то примерно так же этот остров и ушёл под воду.

Ну и ещё очевидное: давайте-ка пока воздержимся от магии.

— Разумно, — хором ответили джеарт с альвом.

На запоздалый обед у экипажа были лимоны — Тревор не поскупился и раздал каждому по целому фрукту, — небольшой шмат солонины и внезапно очень вкусная ячменная каша. Кайт редко когда ел вместе с остальными матросами, и сейчас он то и дело ловил на себе любопытные взгляды: всем каждый раз было жутко интересно видеть, как джеарт поглощает еду.

Смотреть, впрочем, особо было не на что — разве что миска кота была раза в два больше, чем у всех остальных, а ложка имела узкую и вытянутую форму.

Когда с едой было покончено, нарисовался ещё один, весьма важный, вопрос: как обустроить отхожее место. Первым же предложением было использовать для него дыру в центре, но оно сразу же было отметено с негодованием: если вдруг придётся спускаться вниз, разбрасывать руками собственное дерьмо никому не хотелось.