Сказания не лгут

Женщина их по–людски жить научила, и живут они и вправду на нас похоже. Тоже лес корчуют, палы жгут, хлеб сеют. А лопочут по–отцовски, непонятно. Ну и колдуны все поголовно – альисово же отродье!

А потом Атанарих остался один. Снова навалились мысли о том, что поторопился он сменять родную Нарвенну, и гнать эти мысли становилось всё труднее. Атанарих был уже почти готов пойти на реку и присоединиться к рыбакам. Тем более, оттуда доносились весёлые крики и смех. Но подумал, что после своего отказа выйдет – глупее некуда.

И тут Куннаны снова повернулись к нему лицом. Пришёл Куница – приволок охапку стрел с маленькими наконечниками, и спросил, не пойдёт ли Атанарих завтра на уток?

Оно конечно, фрейсы на уток охотились иначе, чем знатные венделлы. Но Атанарих с Куницей был готов идти куда угодно, разве что землю пахать да навоз таскать не стал бы. Или стал бы? Но решать этот сложный вопрос было некогда. Аларих потащил Атанариха в сарай, где хранилось всё добро дома. Показал особую траву, которую надо навертеть на ноги, чтобы они не замёрзли, даже если промокнут.

 – Это просто: тыгдык–дык–дык–хыть! – наставлял он и весело смеялся, глядя, что такое простое дело у Атанариха не получается. – Как же вы охотитесь там, если ты таких вещей не знаешь? 

Но выходило у него совсем не обидно. Атанарих только смеялся и рассказывал о псарях, которые ведут собак и спугивают птицу, и о том, как знатные воины бьют её влёт, не спешиваясь.

– Мы – словно рыси, – смеясь, подытоживал Аларих. – Из засады бьём. А вы, как волки, гонитесь за добычей. Только запомни, Венделл, рысью быть куда разумнее. 

Потом спохватился, что у Венделла, наверно, нет ни засапожного ножа, ни топора, ни простого тула, который не жалко таскать по болотам. 

– Обожди! – приказал и умчал проворно куда–то вглубь сарая. Вернулся, вывалил на приступку берестяной колчан, с особенным почтением протянул топор.

– Держи. Это моего друга Сванвельта вещи. 

Атанарих невольно проникся почтением к этому топору с лоснящейся рукоятью. Воин с красивым именем Сванвельт, раз жил в первом доме, явно был не новичком. И погиб… интересно, как давно? Атанарих уже привык, что вещи тут много долговечнее людей, но почему–то именно про Сванвельта захотелось спросить, каким он был. Но не спросил – постеснялся растревожить душу старшего в доме.