Сказания не лгут

 

– А, я видел, Басиан что–то рисует палочкой на вощёной доске, говорит, чтобы не забыть, – вспоминает Рицимер.

Все снова замолкают – оттого ли, что говорить не о чем, а путь долог, и солнце печёт, потому и говорить лень. Или оттого, что начался густой кустарник, и всем невольно пришлось вытянуться вереницей, следуя по звериной тропе. Ветки нависают всё ниже – Зубрам пришлось спешиться и вести вповоду своих коней, но Атанарих пока ещё в седле, хотя уже низко пригибается… 

Путь впереди неближний.

От хардусы Витегеса до хардусы Хенно два дня пути налегке. А с добычей – и того больше. 

За спиной Атанариха Эврих. Он давно спешился: с его ростом трудно ехать по лесу верхом. Но не отстаёт, меряет путь широкими шагами и напевает под нос:

 

Захотела Мусук подползти змеёй,

Устрашить хотела внезапностью,

Мерзким свистом стрел фрейсов напугать,

Тучей воинов стены одолеть.

Подползла она под покровом тьмы,

Понадеялась быть незамеченной.

Да в дозоре стояли воины,

Словно вепри могучие, чуткие…

 

– Спел бы громче, Эврих, – смеётся Эбурох Цапля.

– Теперь нам кого сторожиться?

– Верхом сяду – спою громче, – отзывается Эврих. И верно – Атанарих дивится, что у Эвриха вообще на пение дыхания хватает. 

– Новую лучше спой, – просит Фарвин Кукушка. 

– Новую еще вылощить надо, нескладная она. 

– Перед рихом Хенно, небось, спел, – подначивает дядю Фритигерн.

– Им, щенкам, и такая годится. А для нашего пира я ее так вычищу, чтобы и слова текли плавно, и всю правду говорили.

Все, кто может слышать этот разговор, хохочут. Это верно. Хардуса риха Хенно – не чета их, родной. 

Она была совсем новой, даже брёвна ещё не потемнели – Берта говорила, что в позапрошлый год, когда её взяли в плен, хаки перебили всех защитников и тамошнего риха Тенхилло и прошли через брод на пологий берег Оттерфлоды. Атанарих, слушая её, вообразил, что тогда был жестокий бой и набег, какие редко бывают. Но увидев стоящую возле брода маленькую крепостицу, окружённую частоколом, понял: не то диво, что её тогда сожгли.

Диво, что не каждый год дотла разоряют. Потом понял, в чём спасение этой хардусы. Витигесова стоит на самом опасном месте, и брод возле неё на редкость удобен. Потому хаки к ним наведывались каждый год, и не по одному разу. Добраться до хардусы Хенно много труднее, и брод подле неё опаснее. Хаки сюда приходили только в те годы, когда вода низкая – как в этот год.