Тетраксис мира Посейдона. Книга вторая. Диктатор

Теперь он уже мог видеть, но пока еще не наблюдать

Мог слышать какофонию звуков, но не искать в них Гармонии и Красоты.

Мог чувствовать запахи, но не наслаждаться их Ароматом.

Мир, который его теперь окружал, был настоящим и полным. Но все же, он, Нерей, все еще не чувствовал себя в этом мире Человеком.

И причиной тому был бесконечный, навязчивый и неукротимый Страх.

Страх перед всем, что его окружало. Страх перед тревожными и незнакомыми звуками. Страх перед резкими запахами. Страх перед самой Природой и подвластными ей стихиями.

У него теперь было сильное и хорошо защищенное от непогоды Тело. Но это тело было предназначено только лишь для того, чтобы спасать его, своего хозяина от хищников. И тем самым позволить ему продолжить свой биологический род.

В очередной раз Нерей почувствовал боль.

Он снова был жертвой.

И вместе с этим снова менялась его судьба....

Очередное превращение произошло так стремительно, что застигло его врасплох.

Он не сразу поверил в то, что снова оказался в человеческом обличье.

И хотя он все еще не был тем самым Нереем, которого он прежде знал, но к своему неописуемому восторгу он вновь был способен трезво мыслить и рассуждать. А не только испытывать эмоции и неосознанные чувства.

Теперь он был первобытным ОХОТНИКОМ, а ЗВЕРЬ стал его законной добычей.

В своем новом обличье Нерей имел коренастую фигуру, закутанную в одеяние из необработанных и потому смрадно пахнущих шкур. Сильные, обросшие звериной шерстью ноги и густую, взлохмаченную растительность на всем своем теле.

Его звали Оуджушуа, что означало на языке его родного племени “необузданный вепрь”.

У него была жена Эйейка и маленький, но такой же дикий и грязный как и он сам сын. Его сына звали Нэдшуа — “необузданный поросенок“. Так его окрестил отец и никто из племени не решился воспротивиться этому. Справедливо и вполне обоснованно опасаясь буйного и мстительного характера Оуджушуа.

Племя Оуджушуа включало в себя нескольких десятков взрослых мужчин, почти столько же женщин, детей и немощных стариков.

Год назад, племя Рыси, как себя не без гордости называли родичи Оуджушуа, было в два, а то и в три раза больше нынешнего. Причем на каждого взрослого мужчину приходилось не меньше двух женщин. Они жили тогда на скалистой и заросшей густым зеленым кустарником равнине, на самом берегу Черного озера.

В озере было полно рыбы. Близлежащие леса кишели всевозможной дичью.