Тетраксис мира Посейдона. Книга вторая. Диктатор

Уже в следующую секунду на фоне звезд и в окружении до зубов вооруженных Маджаев возникла пухлая фигура Верховного Чати Афаманта и торжественно, в полный голос, несмотря на ночь, провозгласила:

— Впервые в истории избранный народом, а не судьбой и Богами, самодержавный Властелин Атлантиды и Пелагсикона – Скипер Первый и Единственный! Он же — Царь Священной Атлантиды Евэмон и действующий Диктатор ее Армии и Флота!

Закончив доклад, Афамант поспешно отскочил в сторону, пропуская вперед двух дюжих Лучников Судьбы с роскошными царскими носилками и не менее десятка демонстративно бряцающих мечами о щиты Маджаев.

Беспрепятственно пройдя в центр палатки, Лучники бережно опустили носилки с драгоценной ношей на пол и вместе с Маджаями встали в караул по обе стороны от них.

Царь Амферей решительно подошел к носилкам и осторожно откинул их бархатный полог.

— Мой Повелитель, — вкрадчиво произнес он, почтительно склоняясь к изголовью заключенного в носилки ложа. — Владыка Владык Атлантиды и Пелагсикона … Извини, что нарушаю твой ночной покой, но … Но меня вынудили к этому чрезвычайные обстоятельства!

Человек на носилках, как две капли воды похожий на самого Нерея, мучительно приоткрыл глаза и чуть заметно поморщился, но не проронил ни слова.

— В конце похода в Дикую Страну, — поспешил пояснить членам Совета Амферей, — наш Властелин чуть было не был подло отравлен предателями-жрецами. К счастью, нам, его верным слугам, удалось вовремя его вызволить из жреческого плена, тем самым спасая от нечеловеческих пыток и вырвав из объятий смерти.

— Дело в том, — продолжил он уже в адрес Скипера, — что в наш военный лагерь вероломно прокрался лазутчик Жрецов Сумрачного Солнца! К тому же, он самым бесстыжим образом выдает себя за тебя — Царя Священной Атлантиды Евэмона! Дозволь нам, членам Внеочередного Военного Совета и твоим верным Маджаям, немедленно и прилюдно, то есть на глазах у всей твоей армии и флота, предать его наиболее мучительной из всех известных в Атлантиде казни!

Человек на носилках чуть заметно вздрогнул и перевел свой рассеянно-блуждающий взгляд с Амферея на возвышавшуюся за его спиной фигуру Нерея.

Как только это случилось, Скипер мертвенно побледнел, его глаза заметно округлились, а губы беззвучно зашевелились в самых гнусных, из когда-либо произнесенных под лучами Сумрачного Солнца, проклятьях.