Княжич Олекса. Сказ первый.

Дружинники, прислушивающиеся к словам мальчишек, недоверчиво захмыкали:

- Видно ли это, чтоб такое случилось? Идти нам осталось – всего ничего.

- Это всё анчутка бесится, - пояснили мальчишки. – Всякий год на Коляду он лютует в той чащобе, никому спокойного ходу не дает! То зверей диких напустит, то метель поднимет, то дорогу путает, а ежели кто ночью ему попадется – то живым уж из чащобы не выйдет. Только в конце седьмицы, по воскресеньям, и унимается! А мы видим – небо прозрачное да воздух трусит, значит, анчутка решил метелью вас уморить.

- Что же ваш батька не вышел, да не заговорил сам? – спросил Александр, приспустив с лица повязку на кроличьем пуху. Смотрел он на мальчишек сердито, и те оробели под его взглядом. – Чего в избе хоронится, ежели знает верно, что в опасности мы?

- А мы сами вышли, не по батькиному наущению,- ответил один из мальчишек, помявшись немного. – Батька сказал, что вы не поверите, и всё равно отправитесь в путь. А мы, я - Гаврила да брат мой - Варанса, порешили: всё одно! Скажем, авось послушают!

Александр поправил повязку и отвернулся.

Мусуд, похлопав коня по гриве, запрыгнул в седло, и сказал на прощанье мальчишкам:

- А ну, бегом домой, к мамкиному подолу, щенята! – и показал им кнут. Мальчишки, перепугавшись, бросились обратно к своей избе.

Отряд вышел на тропу, уходившую в лес. И вскоре селенье скрылось за порослью деревьев, встречавших путников при входе в вековой лесной бор.  Морозный воздух очистился от запаха дыма, висевшего рядом с людским поселением, и острее стали ароматы леса – хвои и смолы, древесной коры.

Чащоба, сжавшая узкую конную тропу с обоих сторон, со временем стала густой настолько, что меж стволов не стало видно никакого просвета. Отряд двигался быстро, бодро.

Солнце, всё так же ярко сияя, встало в полуденную  точку на чистом небе, когда путники сделали остановку. Наломали сушняка, развели костры, в котелках натопили снега – чтоб теплой баландой напоить коней; дружинники, собравшись вокруг костров, хрустели припасёнными сухарями, шумно разговаривали и посмеивались друг над другом.

Княжичи, сидя отдельно, в обществе нескольких телохранителей и Данилы, жевали полоски сухого мяса с сухарями, запивая теплой водой. Мусуд приметил, что княжич Александр выглядит хмурым и спросил его, в чём дело.

- Тихо здесь, - ответил мальчик, покосившись на заросли березы, перемежающейся с сосной и кедром.

- И что? – подивился татарин.