Ловец душ, или История Генриха фон Штейнберга

 Миновало не более часа после отъезда её милости, когда в особняк фон Штейнбергов влетел сопровождавший хозяйку лакей. По его перепачканному грязью лицу и разорванной одежде Генрих понял, что произошло нечто ужасное. 

– Там, там! – возбуждённо кричал парень. – Её милость! Баронесса умирает…

Дворецкий влепил парню пощёчину. – Говори внятно, болван! – потребовал он. 

– На нас наехали, карета её милости перевернулась! – заплетающимся языком произнёс лакей. 

– Что с баронессой? – резко спросил Генрих.

– Мне сказали, она умирает, – подавленно прошептал лакей. – Скоро её милость принесут в дом. Горничная, что была с ней, погибла. Кучер сломал шею, когда карета перевернулась. Остался один я! – парень зарыдал в голос. 

 Внизу послышался гул голосов и звуки шагов. Генрих и дворецкий бросились к парадному входу. Двое незнакомых мужчин внесли завёрнутую в накидку баронессу. Их сопровождали свидетели происшествия и любопытные. Сбежалась прислуга. Заплакала какая-то женщина.

 Её милость перенесли в спальню. Генрих смотрел на бледное лицо жены, на котором застыло недоумение, и сердце его сжималось от боли. Пышные густые волосы Карлотты слиплись от крови. Справа на лбу от виска тянулся багровый кровоподтёк.

 Домашний доктор быстро осмотрел баронессу, затем написал записки хирургу и акушеру.

– Насколько всё опасно? – спросил Генрих. 

– У баронессы серьёзная травма головы и внутреннее кровотечение. Сердце бьётся слишком часто и слабо.

Генрих подошёл к жене и, склонившись над ней, коснулся холодной руки. 

– Ты меня слышишь, Карли? – тихо спросил он. 

– Её милость без сознания, – грустно заметил доктор.

 Прибыли хирург и акушер, осмотрели пострадавшую и долго совещались, запершись в кабинете. Генрих сидел подле Карлотты и держал её за руку.

 К вечеру начались роды. Младший фон Штейнберг, который должен был расти в утробе матери ещё шесть недель, торопился появиться на свет. Младенец родился крепким и вполне доношенного вида. Его милости показали сына. Барон с удивлением поглядел на красное сморщенное личико и коротко поблагодарил акушера.