Контрольный взрывпакет, или Не сердите электрика!

Рядом с человечком находился блестящий, размером с яблоко пузатый колокол. Немного подождав, он увидел, как гномик ударяет своим молоточком по колоколу, и услышал бархатный долго не затихающий звук.

С тех пор, при бое Ненароковских часов, Ермолай сразу вспоминал о пунктуальном человечке. Он много лет собирался открыть деревянную дверцу и спросить его: «Ну, как ты тут? Не скучаешь?» Но почему-то за много лет так этого и не сделал.

За таким обедом, с такими соседями по столу можно было сидеть долго, хоть до полной темноты, да и после.

– С сожалением вынужден вас покинуть! – сказал он. – Сегодня еще кое-какие дела надо закончить!

– Так ты ночевать-то придешь? – вздернул брови над синими глазами Григорий Романович.

– Приду.

– Ты не старайся очень! Всех дел не переделаешь! – напутствовал его Профессор.

– А ты, вообще-то, сколько у нас побудешь? – грустно осведомился Евгений.

– Пока побуду. – неопределенно ответил майор.

Он махнул рукой, повернулся и вошел в комнатку-кабинет. После освещенной солнцем веранды она показалась ему совсем темной. Здесь его догнала Полина.

– Ну, куда ты побежал? – сверкнула она в сумеречном воздухе кабинета зелеными глазами. – Чего это ты у Романа Григорьевича ночевать собрался? Мой дом тебя уже не устраивает?

– Это я так, на всякий случай. Вдруг ты не пустишь. – сказал он.

– И надо бы тебя не пускать… Да, уж ладно! Такая я добрая! Приходи! Буду ждать! – стрельнула глазами женщина.

– Приду. – пообещал майор. – Но, возможно, поздно. – уточнил он.

4. Что может быть лучше «Сибирских продуктов»?

Кормиловский маслосырзавод находился недалеко.

Метрах в двухстах от дома Профессора Ненарокова. На улице, идущей над обрывом.

Это было двухэтажное краснокирпичное здание, построенное в русском стиле – терем, только каменный. Его ввел в России император Александр Третий Миротворец, тот самый, который начал прокладывать великий транссибирский железнодорожный путь.

Но Бебут пошел не туда.

Майор направился в представительство «Агротреста». Оно находилось еще ближе. Здесь же, на центральной площади, только с другого края.

Бебут неторопливо пересек площадь. Асфальт, был светлый, как будто полинявший на солнце.

От окружающих площадь с трех сторон зданий струилось тепло.