ЖИЗНЬ ПРОЖИТЬ, НЕ ПОЛЕ ПЕРЕЙТИ.

Толи Прасковья уже привыкла к Галинкиным сказкам, толи правда валериана помогла, но она даже не обомлела, когда, ещё не дойдя до берега, они увидели, как чиркнув крыльями в воздухе, по зеркалу озера побежала большая, железная птица. 

- Вот и папа за нами приехал, спокойно, совсем по взрослому сказала внучка. 

К берегу они подошли вместе с развернувшимся самолётом, отворилась дверь и Прасковья всё-таки схватилась за сердце, там стоял Марк и махал им рукой.

- Бабуля, родненькая, ты чего, я тебя уже пару месяцев готовлю к этой встрече, а ты всё равно  за сердце хватаешься.

У Прасковьи из глаз хлынули слёзы, Галинка прижалась к ней.

- Ты помнишь, что нам мама сказала. Нам боятся уже нечего, теперь пусть нас боятся.

Марк сбежал по добротным доскам, сам себе не веря, что обнимает своих любимых женщин, а у их ног  сидит ещё молодой серый волк, которого обнюхивает его уже повзрослевший спаситель. 

 - Пресвятая Богородица! Верую! Спасибо тебе. В Казачьем сразу по приезду заложу церковь.

Клянусь и истово, как перед её очами перекрестился, а из озера с шумом выше деревьев, неожиданно для всех, поднялся столб  воды.

- Григорий кинь один пучок травы, заводить бурёнку надо. Да уезжать пора, как бы кто на шум не явился, кто ни будь любознательный.

 Алекс поздоровавшись с родственницами, огляделся по сторонам. Вроде бы тихо, но бережёного человека, бог бережёт. Марк дал Галинке  траву и сказал, что велела сделать Дыгея. Корова с удовольствием понюхала травку, а дочка  чуть-чуть отвела веничек и пошла вперёд.

Посадка прошла успешно, корова даже на подстилку с сеном улеглась спокойно в огороженное со всех сторон досками место. 

- А теперь отдай ей, пусть жуёт.

Усадив и пристегнув ремнями безопасности женщин, мужчины затащили трап, закрыли двери, и гидроплан побежал по водной глади озера. Волчонок прижался к ногам Галинки, полностью положившись на хозяйку. Она ведь точно знает, что так надо.

Под сидением у Марка лежал его спаситель.

Алексещё раз осмотрел берег со стороны деревни и успокоился никого, не увидев на берегу. Самолёт  чиркнул крыльями  над озером и скрылся в вечерних сумерках. 

Марк смотрел на повзрослевшую дочь, на мать и не мог поверить, что ему хоть кого-то удалось спасти.

- Нам часа четыре лететь, отдыхайте. 

- Папа, а вы кушать не хотите, а то мы с бабушкой рыбы нажарили, пирогов напекли. Вы ведь сюда летели, наверное, устали.