Зеница рока

Восток – центр мироздания, но это не значит, что на Севере живут народы менее знающие, менее вещие. Мы и сейчас стараемся держаться подальше от воинственных Кланов каинидов, а эти горцы издревле с ними соседствуют. Мольфаров не запугаешь Маской Ужаса. Я обошел почти все известные нам земли Севера, и скажу честно, мир русинов, их самобытный уклад для меня до сих пор загадка. 

– Один посол чего стоит… – вздохнул Фарух. 

– Да, мне бы таких охранников с десяток, я бы не переживал за своих детей. 

Сказав это, Махмуд–бег вспомнил о подарке, перенес его поближе к ковру, на котором привык сидеть.

Фарух нахмурился.  

– Что это значит, всё ли будет хорошо с Гульнарой? 

– Пока не знаю. Для того, чтобы рыбка помогла, надо положить ладони на шар. 

– Она может предвидеть будущее? – спросил Фарух.

– Нет, но она чувствует опасность и хозяину показывает картины давнего и недавнего прошлого, чтобы предостеречь.

– Если так, то это – ценный подарок.

– Согласен, – ответил Махмуд–бег. – И грех им не воспользоваться. 

            Правитель Истамбула приосанился, сел удобнее и осторожно коснулся ладонями холодного стекла. 

Глава 5 Вещие сны

Как темна ночь. Ничего не видно… Свет луны мог бы показать красоту долины, но облака черной овечьей шкурой накрыли небосвод, отгородив живущих на земле от Белого Солнца,  Млечного пути и россыпи звезд.

Редко в Валахии выпадает такая ночь. Даже собаки не воют. 

Как же хорошо… 

– Графиня, войско прибыло! – прошептал советник Янош. –Воины ждут, когда вы спуститесь к ним: хотят поблагодарить за оказанную честь.  

Капитан улыбнулся.

– Карла, они хмельны от удачи. У нас получилось!  

Женщина оторвала взгляд от долины, обернулась.

– Сколько полегло? 

– Больше половины.  

Кончики губ графини, привычно изогнутые вниз, нехотя дернулись и изобразили подобие улыбки.

– Подготовил награду? 

– Как и было велено, графиня. 

– Тогда пойдем. Мне есть, что им сказать. 

Карла и начальник её стражи покинули башню. Спускаясь по лестнице в кромешной тьме они ни разу не запнулись, не оступились и, войдя во двор крепости, не зажгли огня. Свет – для слабых.