Зеница рока

Поцеловав, он приложил крест ко лбу, груди, правому и левому плечу и затем передал его Карле.

— Теперь ты.

Графиня повторила действия капитана и спросила тихо:

— Что теперь?

— А теперь остается только молиться, — улыбнулся мальчик-воин. — Я уже там был, — школа меня приняла. Но как поступит со своей ученицей, я не знаю.

— А наемники?

— Крестились и спокойно дошли. Сейчас обживаются в подземельях.

...Графиня Батори спокойно пересекла поле и проехала через черный древний лес. Когда высоченные мохнатые ели остались позади, перед путниками открылось заросшее тиной и ряской озеро, где в узком месте был построен высокий изогнутый горбом каменный мост с перилами, украшенный фигурами ангелов вооруженных длинными копьями.

Когда кони встали на высшей точке моста, всадники увидели перед собой серую ленту ведущей в парк дороги, а дальше за мертвыми деревьями, на фоне гор, темнел аверс Идавеля.

Как только Карла увидела до боли знакомый трезубец, ей стало нечем дышать. На её виски надавила тяжесть, на лбу графини выступила испарина и несколько капелек пота противно стекли между лопаткам.

Карла крепче взялась за луку седла и обернулась, чтобы узнать, чувствует ли Янош такое же давление, как она?

Силади побледнел. Сейчас капитан мало напоминал расслабленного вальяжного гусара, каким хотел казаться во время пути. Рядом с ней сидел воин, обманувший свою новую мать; мужчина, склонивший любимую к измене. Губы Яноша еле заметно шевелились.

— Молишься? — спросила Карла ни без издевки.

Капитан, не прерывая молитву, кивнул.

— Боишься?

Спустя минуту Янош ответил:

— Опасаюсь. Я уже проезжал по этой дороге... Понимаю — мы под защитой ключа, но... Когда пересекаешь заброшенный сад, чувствуется присутствие чего-то иного, не связанного с школой. Словно под боком у Идавелья завелась плесень. Я крепости не боюсь, — внутри тихо, спокойно, — но в этом месте... Вход в ущелье, ворота, поле, черный лес — это одна связанная между собой преграда, а эта дорога перед замком и мертвый парк... Плохое злое место.

Графиня не удержалась от колкости:

— Если боишься, зачем сюда тащил наемников, а теперь меня?

— Не было вариантов.

Единственный шанс — спрятаться здесь, дождаться приезда князя Михая и поговорит с ним. Совы не смогут сунуться через ворота — нет пропуска, поэтому нам ничего не грозит. Спустимся в подземелье и пошлем сову с приглашением к переговорам. Глядишь, Сара со временем поймет, что ты не хотела зла и через какое-то время простит.

— А мы эти годы будем взаперти...