Зеница рока

У меня, сперва, мелькнула мысль, что вы и есть та парочка, но я её отбросил. Зачем одному превращаться, а второму оставаться в своем материальном облчии? Значит у меня в гостях третий великий джинн, то бишь — Могучий Чагар, Шакра Чагар.

— Ну, раз мы уже узнали друг друга, настало время поговорить о деле, — раздраженно прервал беседу Селим.

Джинн, как и не расслышал сирийца, прошептал мечтательно:

— Мимолешатра ждет, наверное... Печалится... Эх, что же ты наделал, старик? Растревожил мою память...

— Подождите, я узнал только одного гостя.

.. — грек поднял глаза на сирийца и воскликнул: — А! Так вы и есть тот самый шейх Джебраил, нынешний хозяин Чагара?

— Нет, я не шейх, да ниспадет на него милость Всевидящего. Я, — Селим. Просто Селим.

— Ой, ли? — горько засмеялся грек и откинулся на кушетку. — Ладно, истамбулец Селим, обутый в арабские сандалии, сделаю вид, что поверил вам на слово. Хоть на кончике языка вертится слово «дай аль-кирбаль». Не знаю, о чем вы будете спрашивать Галину, но знайте, а при случае обязательно передайте тому, кого я только что назвал.

Пленение Чагара не подвиг, а подлость. Когда-нибудь настанет час и он освободится, и это освобождение будет достойно новых сказок. Но вы их не услышите.

Селим молчал, насупившись, только крепче сжал посох.

Семион обратился к джинну:

— Кликните мальца, путь Яша принесет одежды — пора снимать эти сережки. Хватит, насосались.

После этих слов в комнату вошла молодая стройная черноликая женщина. Увидев правоверного, закрыла лицо платком и поклонилась.

Гости терпеливо ждали, пока хозяйка снимет с мужа пиявки. Женщина вытерла рушником супругу плечи, грудь, руки — на теле где сидели кровососы, оставались красные кружочки.

Мальчик принес нижнюю рубаху, подал хозяйке.

Галина помогла супругу одеться.

— Ну, вот я и готов. Где будем говорить, здесь или пойдем...

— Лучше здесь, — сказал Могучий Чагар.

Услышав эти слова, Селим поджал губы.

— В любой вашей комнате должно быть светлее, чем здесь. Давайте пойдем туда.

— Ну, туда, так туда. Галина, накрой гостям поесть. Вина поставь.

Семион, заметив, как Селим нахмурился, добавил:

— Нет, это не вам, это Чагару. Если я правильные книги читал, джинны вино пьют.

— Пьют-пьют, да за последние лет двести никто не наливал, — пробурчал гость.

За столом сидели четверо: хозяин с хозяйкой, напротивСелим и джинн.

На столе четыре глиняных бокала, в двух вино, во второй паре вода. Посреди блюдо с сыром и чаша с фруктами.