Тетраксис мира Посейдона. Книга первая. Архонт

Если ты также искусно владеешь луком, как моим мечом, можешь пригодиться.

- Дайте этому отроку коня, - приказал он уже своему стольнику. – И чтоб по резвее. Эриния на детей не бросается. Глядишь мы ее так и объегорим. Раз уж в честном бою Доля на ее стороне. 

Скакать безлунной ночью во весь опор через бурелом, по корням столетних сосен и елей, да еще при этом время от времени проваливаясь в рытвины и ямы, было занятием не из приятных.

К тому же, двухпудовая кольчуга с чужого плеча, болтающиеся на поясе и больно бьющие по коленям ножны и булава не давали Нерею даже пошевелиться в седле, тем самым делая из него скорее гремящую металлом на каждой встречной кочке поклажу, чем умелого и ловкого наездника.

Поэтому, не было ничего странного в том, что юноша быстро отстал от основной, возглавляемой самим князем, группы преследования и заблудился как среди плотной стеной окружавших его лесных великанов, так и в хитросплетении своих собственных страхов.

Неожиданно, серая тень метнулась в сторону одинокого всадника из кроны высоченного дуба, выбила юношу из седла и, смрадно дыша, склонилась над его уже бездыханным телом.

В течение нескольких минут лесная тварь тщательно разглядывала и обнюхивала свою жертву, прежде чем победоносно фыркнуть, крепко вцепиться клыками в ее одежду и, зловеще урча, затащить ее на нижнюю, самую массивную ветку дуба.

***

Очнулся Нерей от оглушительного птичьего щебета и невыносимой боли в правой ноге.

Прежде, чем открыть глаза, юноша мучительно застонал и предпринял отчаянную попытку сесть.

Однако, стоило ему только пошевелиться, как он тут же потерял твердую опору и под громкий треск ломающейся древесины беспомощным тюфяком рухнул вниз.

К счастью ему удалось вовремя сгруппироваться, и основной удар при падении пришелся не столько на его израненную ногу, сколько на спину и копчик. Но и этого оказалось вполне достаточно для того, чтобы юноша взревел от боли и на какое-то время снова распрощался с сознанием.

Вторая попытка юноши прийти в себя оказалась для него не менее мучительной, чем первая. Только на это раз он сразу открыл глаза и бросил лишенный всякой надежды взгляд на свою ногу.

Так и есть, самые худшие его ожидания оправдались: правая голень выглядела как бугристая и непомерно распухшая сарделька иссиня-багрового цвета. Без сомнения, это был перелом, который он получил при падении с неврской лошади.

Но были и хорошие новости.