Не оставляющий следов: Исправление имен

– Здравствуй, башинур, – Ванмэйчжи Янгао был одет все в ту же униформу служащего конюшни. – Ты же видишь, я занят.

Далаган? Башинур? Если я не путаю, на степном наречии это значит «ученик» и «мастер». Аянга что-то говорила о том, что учит «этого мальчишку-конюха» приручать лунных коней, а у него очень даже получалось – Савдаг уже благосклонно кивал новому хозяину, а с приходом девчонки вообще радостно загарцевал, – но неужели наследник Янгао позволил себе заключить такой, пусть и неофициальный, договор с дикаркой?

– Ты споришь со своей башинур, дагалдан? – в голосе степнячки зазвенела сталь.

Ого! Похоже, заключил. Она действительно учит его, поэтому считает себя вправе распоряжаться учеником, но так демонстративно топтаться по самолюбию будущего правителя? И как мне осадить глупую девчонку, если он запретил раскрывать ей статус, а призывами к соблюдению правил этикета дикарку не проймешь?

Степнячка занялась конем сама, без особых церемоний отобрав у Ванмэйчжи Янгао скребок и подтолкнув его ко мне.

– Господин, я еще раз прошу прощения за свою телохранительницу, – тихо произнес, отведя наследника в сторону от денника. И автоматически поклонился.

– Не смей! – Зло зашипел будущий правитель. – Я не отменял запрета при Аянге отдавать мне положенные почести! Говори со мной просто, на равных.

Ну да, «говори на равных, но не забывай, кто я» – и как тут выкручиваться? Ладно, будем балансировать на лезвии клинка.

– Прошу о милости, господин, – старательно подобрал слова. – Я узнал, что во Дворце волей мудрейшего императора хранятся древние архивы. Дозволено ли мне получить в них допуск?

– Допуск в архивы? Кто ты такой, чтобы рыться в истории моей семьи?

А вот такого тона в разговоре со мной допускать не следует: он еще не император и говорит не с чернью.

– Не Вашей! – Гордость многих поколений Иса расправила мои плечи. – Этот архив начали собирать почти тысячу лет назад, и в нем есть то, что касается моей семьи.

Вот так! Вам, Янгао, всего триста, и вы не смеете вне дворцовых церемоний задирать нос перед старыми родами: есть формальная государственная власть, а есть негласный общественный авторитет… у нас слишком разные весовые категории. Наследник понял меня правильно, ожег гневным взглядом, но быстро взял себя в руки.

– Ты нахал, Иса, – скупо улыбнулся. – Но ни о чем невыполнимом не попросил.