Пленник королевы фей

– Не смейте этого делать! Тут такая грязь! Вы еще запачкаете башмачки и платье! 

- Но я хочу пройтись. И перестаньте меня удерживать! Это невежливо! – девушка попыталась вырвать свою руку, но Ричард Ольстен был настойчив. 

- Вы хотите подобраться ближе? Нет ничего проще! Эй, разойдитесь! – и он щелкнул над головой кнутом, направляя свою кобылу прямо к кругу камней. Люди, которые вынуждены были кинуться врассыпную, отвечали ему криками и бранью, но Ричард Ольстен был не из тех людей, которые придают такое значение словам.

В довершение ко всему, шум привлек внимание всадников. Она заметила, что все трое повернулись в их сторону. Ни Ричард Бартон, ни его кузина не могли на таком расстоянии не узнать ее, и у девушки от досады из глаз брызнули слезы. Что о ней подумает мистер Бартон? Что скажет Сьюзен? Верна пословица: «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты!» В отчаянии она подняла голову и, попытавшись встретить взгляд Роланда Бартона, помотала головой, прижимая руки к сердцу, всей душой желая, чтобы он понял – она лично не имеет к происходящему отношения.

Неизвестно, понял ли Роланд Бартон ее или нет, но, когда взгляды их встретились второй раз, он учтиво поклонился, прижимая подбородок к груди и притронувшись рукой к шляпе, после чего что-то негромко сказал своему спутнику и первым поворотил коня, собираясь в обратный путь.

Она продолжала оставаться в таком же подавленном настроении и по завершении прогулки, и, когда Ричард Ольстен высадил ее у калитки, была так бледна, с покрасневшими от сдерживаемых слез глазами, что миссис Холл, едва завидев старшую дочь, захлопотала над нею, причитая, что она была права, и это простуда.

- Поезжайте! Немедленно поезжайте за доктором Кентом, мистер Ольстен! – закричала она, подхватывая Дженнет под руки и помогая ей одолеть несколько шагов от калитки до крыльца. – И сию минуту привезите его сюда! Скажите, что моей Дженнет плохо. Что они теряет сознание… Возможно, она умирает…

- Нет, маменька! Право слово, нет, - попыталась протестовать девушка.