Ищущий силу: хроники Кейна

Дом, к которому они подошли, в темноте ничем не отличался от соседних строений – непривычный Кейну силуэт восточной архитектуры, черный на фоне более светлого неба. Кейн и его попутчик прошли через узкий двор, посыпанный песком, и поднялись на веранду по каменной лестнице. Её ступени были не высокие, но такой ширины, что Кейну приходилось делать на каждой по два шага. Мужчина выбил пепел из давно погасшей трубки о перила лестницы и уверенно открыл дверь, в темноте точно выбрав нужный ключ из целой связки.

- Заходи.

Пройдя через ряд пустых комнат, разглядеть которые во мраке Кейн не смог, они, наконец, добрались до конечной цели своего путешествия – кухни. Хозяин дома включил освещение и жестом предложил присесть. Мальчик, слегка ослепший от яркого электрического света, взгромоздился на табуретку у стола. Ноги до пола не доставали. Обычно это расстраивало, но только не сейчас. Как только глаза привыкли к новому освещению, он огляделся.

Кухня, на которой оказался Кейн, внушала доверие своим безусловным уютом.

Резная деревянная мебель, газовая плита, у которой азиат сразу же начал что-то стряпать на ужин, клетчатая скатерть – вся обстановка отчего-то напомнила малышу кухню Бильбо, хоббита из сказки, которую ему читала мама по вечерам. Не успел Кейн собраться с мыслями, как перед ним начали появляться блюда простого ужина: баранина с луком, омлет с мелкой рыбёшкой и креветками, чёрные древесные уши с морковкой и чесноком и тыквенный суп.

Гостеприимный хозяин даже не стал предлагать Кейну палочки, а положил перед ним привычные для мальчика вилку и ложку.

- Ешь на здоровье.

Голодный ребенок не заставил долго ждать. Кейн, которого мама не могла заставить сесть за стол дома, набросился на предложенную еду с небывалым аппетитом.

Мужчина перелил местный напиток – арготуху, в керамический кувшин и сунул его в миску с кипятком, чтобы грелась. Себе он накрыл на стол отдельно. Задумчиво глядя на мальчика, непроницаемый узкоглазый человек ел баози, макая их в залитый уксусом толчёный красный перец, и запивал этот огонь супчиком с мелкими пельмешками, луком и кинзой.

Следующие пять минут доносилось только монотонное чавканье Кейна. Этим вечером он съел, должно быть, рекордное в своей жизни количество пищи. Наевшись до отвала, мальчик закончил ужин большой пиалой горячего душистого чая, даже не заметив, что он зеленый и без сахара.

Слегка осоловев, Кейн, тем не менее, теперь чувствовал себя гораздо лучше.