Пожар несостоявшейся полыни

Да и давненько ко мне никто не захаживал, а умирать со знаниями… Как там в храмах говорят? А, страшный грех, — Видогост криво и быстро пересёк себя священным знамением и улыбнулся.

Онагост мало верил, что чародею действительно хотелось что-то кому-то рассказать, да и оставаться так близко к Станецку не было желания.

— Я найду, куда пойти. Ещё раз спасибо.

— Нет, стой!

Видогост подскочил и сделал шаг к Онагосту, но тот отпрянул, наткнувшись на заборчик. К сожалению, он не баран, и под портами были не сильные копыта, а ноги, иначе перепрыгнул бы преграду и убежал.

— Что за яма с человеческими трупами в лесу?! — а сам начал потихоньку продвигаться в воротам.

Видогост застыл, брови его поползли вверх.

— Яма с трупами? Парень, ты о чём?

— Не прикидывайся! — Шаг, ещё шаг. — В четверти версты от этого дома выкопана яма, в которой лежат мёртвые люди. Что это значит?

Видогост покачал головой.

— Я не знаю, о чём ты говоришь, но окрест моего дома никаких ям нет. Я часто бываю в лесу и, уж поверь мне, ни разу не натыкался ни на какую я… — Видогост прищурился. — Яма, говоришь?

Онагост кивнул, краем глаза следя за забором, подбираясь всё ближе.

— Слушай, избавь меня от своих выкрутасов, — раздражённо бросил мужчина. — Хочешь идти — так иди по-человечески, а не крадись, как кошка.

Онагост лишь усмехнулся, но встал, ожидая ответа.

— Пойдём, покажешь, что там за трупы у тебя.

— Никуда я не пойду.

Видогост крякнул.

— Ещё недавно говорил «ни за что не останусь», а теперь «никуда не пойду». Определись уж, что тебе надо.

На миг Онагосту показалось, что мужчина дёрнул кистью, чтобы зачаровать землю, и решил опередить его. Он выпростал руку, напрягся. На землю посыпались искры, и сухая трава тут же занялась огнём. Парень изумлённо уставился на последствие неудачного колдовства. Видогост засмеялся, и смеялся он долго, пока не закашлялся.

— Ты меня напугать решил? — хихикнул он. — Котёнок против волка. Иди уже, показывай, что там за яма, которая тебя напугала.

Видогост спешно затоптал костерок и вышел за пределы двора, оглянувшись на Онагоста и кивнув, мол, веди.

С одной стороны, если бы он хотел убить Онагоста, то сделал бы это без промедления и уж тем более не стал кормить и оставлять на ночь. Подивившись своей простодушности, парень зашагал прочь от дома, в сторону леса.