Империя

Он радостно, уже предвкушая унижение тех, кого так ненавидел, попятился назад, потирая руки и не думая ни о чем другом, кроме приближающегося момента мести. Он получил то, что хотел, и его мысли были заняты ожиданием заветного подарка. А ведь еще минуту назад он хотел нагрубить Марку, оскорбить его, унизить, обвинить в нарушении данного слова. Клементий ясно представлял себе эту картину и мысленно проговаривал все адресованные сенатору упреки, пока, загоняя коня, скакал сюда из своего поместья. И вот уже он, не успев как следует возмутиться, отступает, довольный, к выходу, получив все то, чего так желал.

Марк, не глядя на него, продолжал любоваться прекрасной работой мастера из Пергамота. Лишь только после того, как Клементий исчез в дверях и его, расхваливая и восхваляя, подсадил на коня Асмодей, Марк произнес:

– Человека не всегда можно судить по его поступкам. Обычно добрый, смелый, благородный поступок заслуживает одобрения, а дурной – осуждения и порицания. Но человек – великое творение независимо от того, хороший или дурной поступок он совершил.

Именно поэтому он достоин либо уважения, либо сострадания, а чего именно – зависит от обстоятельств.

– Да, я слышал это раньше от Михаила, – отойдя от колонны и приблизившись к Марку, сказал Сципион.

– Ты прав, Абигор, ты прав. Возненавидь грех, но не грешника. Он всегда повторял мне это. Казалось бы, что проще? Но на самом деле, как я убедился, это правило редко соблюдается, хотя и понятно им всем. Вот почему яд ненависти растечется по всему этому миру.

Я введу новое правило: возненавидь грешника и отомсти ему за грехи его. Думаю, мое учение будет более эффективным! И все-таки не пойму: почему люди всегда думают, что умнее и меня, и Его? Абигор!

– Да, повелитель.

– Время пришло. Ступай к Помпею, передай ему письмо с тем, чтобы он разорил имения Клементия, Ливерия и Кристиана. Да, и мне больше не нужна семья Мартина – избавься от них. Но самого Мартина не трогай, пусть увидит, как погибнут его близкие. И обставь все так, чтобы я мог указать на Клементия: пора щенят приучать к вкусу крови.

Я пробуду с ними до следующего утра на играх, им полезно посмотреть, как сражаются воины.

– Воин там только один, – спокойно возразил Сципион.

– Ты прав. И он нам нужен. Я не смогу прямо воздействовать на него, поэтому придется спасать русича руками Луция – так он будет предан ему до самой смерти, а мне нужно, чтобы у нашего будущего генерала был достойный телохранитель. Эти славяне всегда отличались стойкостью духа.