Гроза. Когда бушует стихия

- Эх вы, командира потеряли! – сплюнул Всеволод, - идите с глаз моих, готовьтесь к обороне, скоро торки опять попрут. Алёшку ко мне!

Алешка не замедлил явиться.

- Вот, что выйди за ворота, с собой возьми ещё несколько воев и обыщи мне всё вокруг города, а Добрыню чтоб нашёл. Да действуй аккуратно и быстро, чует сердце, пойдёт Торет снова в напуск, а о братьях ни слуху, ни духу.

- Понял, князь, - ответил Алёшка и кинулся выполнять указание Всеволода.

Вернулся он скоро и притащил с собой одного кочевника.

- Вот, князь, языка взял.

Он, гад, с мертвяков одёжу сымал.

- Веди, веди. Говори, подлец, что ещё задумал Торет.

- Не знаю князь. Он никому не доверяет, только со своими князьками совет держит, а нам не говорит, Не вели казнить, я другое знаю, - упал в ноги пленный.

- Что ещё сказывай, да не тяни, у меня делов и без тебя найдётся, - заинтересовался Всеволод.

- Торет взял вашего богатыря Добрыню в плен, - быстро, будто боясь, что ему не дадут договорить, проговорил кочевник.

- Как это случилось знаешь? И где его хан держит?

- Добрыня был в башне, когда она упала.

Ранен он, да ещё головой ударился при падении, а где хан его держит, не знаю. Где-то в лагере. Говорят, казнить его на площади хочет, когда город возьмёт.

- Он ещё надеется город взять? Не видать вам, басурманам, города Переяславля! – воскликнул Всеволод.

- Князь! - в комнату ворвался Федька, - Торет опять на приступ пошёл.

- Убрать эту падаль, - распорядился Переяславский князь, указывая на пленного, - вернусь, разберусь с ним.

И выскочил во двор.

--------------------------

…Торки шли на приступ с такой решимостью, с какой приговорённый к смертной казни поднимается на эшафот. Торет понимал, что, скорее всего это будет последняя атака, и если она не увенчается успехом, то уже никакие посулы, никакие наказания не смогут подчинить и заставить идти вперёд его воинов. Поэтому он сам решил возглавить последний штурм и победить ненавистных русских или сложить голову под этим маленьким русским городишкой, оказавшимся неприступной твердыней на границе Киевской Руси.

Кроме того, за спиной торкского хана маячил призрак братьев Всеволода, вышедших ему на помощь, но пока не дошедших до Переяславля, пока…

Переяславский князь стоял на стенах города среди своей изрядно поредевшей дружины. Он был готов, как и все его ратники, принять смерть, но не пропустить степняков в город. Он знал, что если не успеют братья, его богатыри не выстоят в этой последней атаке.