Золотой Дракон

Девушка услышала крики, голоса и силой открыла глаза.

Двери храма были распахнуты, ветер гулял по залу, трепая волосы, и Цзиньлун увидела белоснежно-седую прядь. Теперь все встало на свои места. Мастер Лун и правда когда-то был Драконом. Его сила перешла Чужому, поэтому он был таким... Поэтому он злился и грубил, но теперь все кончено, и не на кого злиться.

Ей было любопытно где мастер Ху, но она не могла пошевелиться, лишь слышала голоса. Громкий, оглушающий крик, заставил девушку вздрогнуть, и поморщиться от боли, но она попыталась встать, все также прижимая к себе руку.

Ни Луна, ни мастера Ху не было нигде.

— Значит он все это время готовился к...

— Мы были слишком слепы! — Лун перебил Ливей и первым вышел в зал, сталкиваясь взглядом с Цзиньлун.

Следом за ними вышла Жикианг с друзьями. Они сразу же подошли к девушке. Ливей покачал головой, видя на ее одежде растекшееся темно-алое пятно. Она не могла дышать, чувствовала, как начинает задыхаться. Ужас охватил ее, но мужчина попытался ее успокоить, как вдруг, словно в голове пронесся голос мастера Луна:

— Вдох.

Выдох. Вдох. Выдох. Слушай только мой голос и больше ничего! Только мой голос. Только голос...

Боль не прекращалась. Лишь нарастала, вместе с громким голосом мастера и легким прикосновением или дуновением ветра, который осторожно перебирал ее белоснежные волосы. Тело лишилось силы. Душа Дракона покинула Цзиньлун, и это значило лишь то, что она перестала быть тем, кем когда-то была. Она больше не была способна заставить себя пошевелить даже пальцем, не говоря о том, чтобы давать отпор обидчикам.

Прошлое навсегда останется в прошлом, а то, что готовила новая жизнь оставалось загадкой.

/— /— /— / \— \— \— \

Нарастающий страх, огненным шаром расходился перед глазами, и Цзиньлун с криком проснулась, садясь в постели. Ее комната. Мягкая, теплая постель. Полумрак и тишина пугали не меньше, чем сон. Проведя руками по лицу, девушка попыталась прийти в себя. Неужели весь путь – сон? Вершина, мастер Ху, ученики, Лун и душа Золотого Дракона – все сон? Этого не могло быть.

Она прекрасно понимала, что таким долгим сон не мог быть. Боли не было. Проведя рукой по животу, Цзиньлун слегка сморщилась, нащупав туго перевязанную рану. Не сон.

Она поднялась на ноги. Ватные, словно долгое время пребывали в неудобном положении. Но это было меньшее, что могла чувствовать Цзиньлун. В ней не было души – не значило ли этого, что она мертва? Чувствовала боль, думала, вспоминала – значит жива.