Золотой Дракон

Ее познаний боевых искусств было слишком мало, но и их наверняка хватило бы, чтобы победить, если бы мужчина, как и манекен, стоял на месте. «Если противник больше тебя, то ты вряд ли победишь. Сосредоточься на его руках и бей по коленям и лодыжкам! Уворачивайся и бей! По ногам! Ударь меня. Ударь! Следи за руками, девчонка!» – пронеслось в голове девушки, и она увернувшись от очередного удара посохом, ударила мужчину ногой по колену сразу несколько раз. Цзиньлун не давала ему отвлечься на боль. Сразу кинулась с кулаками, но мужчина ударил ее посохом по ребрам.

Боль пронзила каждую клеточку тела. Легкие мгновенно сжались. В глазах потемнело. Схватившись за место, горящее огнем, девушка упала на колени, пытаясь скорее прийти в себя, чтобы продолжить бой с незнакомцем. Но тихий шорох дал знать, что он сбежал. Кто он такой и почему разгуливал на территории Храма? Почему никто не слышал его?

Поднявшись на ноги, Цзиньлун стерла с лица выступившие от обиды слезы и неторопливо направилась умываться.

Тихо ступая по длинному коридору, она зашла в комнату, принадлежащую ей, взяла чистую одежду и направилась к источнику. Холодная вода остужала горящий огнём участок кожи, но легче не становилось. Хотелось забиться в угол, спрятаться от всех. Останавливало лишь одно – никому не было дела до ее страхов и проблем. Проведя руками по волосам, сгоняя с них воду, Цзиньлун шагнула от источника в сторону, чтобы вытереть тело, как вдруг услышала шаги.

— Не заходите! — испуганно выдала она, прижимая ткань к себе, прикрываясь.

— Цзиньлун? Кто тебе разрешил разгуливать ночью? — голос Ливей немного успокоил, и девушка потянулась за рубашкой.

— Я просто... задержалась в зале мастера Луна и когда возвращалась... в общем, задержалась... А ты?

— Я услышал шум.

— Ливей, скажи мне... а на территорию Храма может зайти кто-нибудь... чужой? — она надела штаны и вышла, застегивая рубашку.

Сонный, растрепанный, рыжеволосый мужчина в легкой рубашке и штанах, босиком стоял и внимательно смотрел на девушку.

Он словно не расслышал ее. Стоял и молчал, чуть прищурившись.

— Кто-нибудь чужой? Ты забыла как труден путь на Священую гору? Ни один «чужой» не поднимется сюда.

— Ты смеешься надо мной?

Лицо Ливей в миг стало серьезным, он смотрел на Цзиньлун так, что ей стало неловко, и она хотела уйти, но мужчина схватил ее за руку.

— Ты видела кого-то чужого здесь?

— Во дворе... На меня напал кто-то.