Самый большой алмаз

Джагдиш после залпа не стал бросать ружье в пыль, а закинул его за плечо, взявшись за саблю. Я ждала команды от Чарльза, не стремясь вступить в драку. Наш внезапный натиск был неожиданным, смешавшим порядки сражающихся, каждый, наверное, решил, что подкрепление пришло к противнику.

– Миледи, не дайте уйти арьергарду, – и баронет показал на трех индийцев, собравшихся взять руки в ноги.

Я сосредоточилась на них и выплеснула озарение. Троих сразу принять было тяжеловато, это не по фронту бить и не одного стращать, но справилась – все они повалились наземь, оглушенные ужасом.

Да, Сашка, хороша ты в малой драке, вот бы так в большом бою. Прекрасно было бы ошарашить смертным страхом всех хивинцев разом, когда они в отчаянный приступ шли, но – увы, не дает Мани таких сил смертным.

А Оливейра уже звенел клинком, оставалось лишь восхищаться его движениям. Фехтовал Диего изящно, не стоял на месте, пропуская чужие сабли и штыки мимо своего тела. Джеймс явно опасался озарить союзников, поэтому Свет остался при нем, в дело пошел прямой кавалерийский меч сродни русскому палашу.

Исход был предрешен.

Когда сопротивление иссякло, на дороге остались десятки мертвых тел, шестнадцать тяжело раненых, четыре человека хотя и не были целыми, но могли стоять на ногах. Два индийца и столько же англичан – офицер и сипай. Майор сжимал в руках саблю и бесполезный по причине разряженности пистолет. Он посмотрел на нас и сплюнул кровавой слюной.

– Чарльз Монтгомери собственной персоной.

– Майор Бриджстоун, – кивнул в ответ баронет.

– Вот уж не ожидал такой встречи.

– Не могу сказать того же, я как раз очень желал с Вами встретиться, сэр. За Вашу голову назначена приличная награда. Как и за головы Роберта Монтгомери, Джеймса О’Брайена и его брата Патрика. Где он, кстати?

– Тут рядом, могу позвать.

– Да черт с ним.

Майор тяжело опустился на разбитую повозку с отрядными припасами. Я напряглась: присмотревшись, поняла, что в промасленных мешках находится порох. Поэтому подошла и забрала из рук офицера пистолет.

Не приведи Господь, взведет и щелкнет вхолостую кремнем по терке, а от искры займется зелье!

– И русская ведьма с Вами, – вздохнул Бриджстоун. – Какая компания! Можно было бы купить дом в самом центре Лондона и стать уважаемым человеком, если сдать вас всех разом.

– Я настолько известная персона? – удивилась я.

– О да! Ваши портреты в спешном порядке печатаются в типографиях Калькутты и развозятся по гарнизонам.