Однажды в муриме

Однажды в муриме

Роман Дьяков - Ястремский

Однажды в муриме

Год 882 правления династии Шу. Месяц белого лотоса. Двадцать девятый день.

Чон Ю Хи вошёл в город через восточные ворота на рассвете. Снял комнату в плохонький, но чистой гостинице, и сейчас бродил бесцельно по городу, обводя пустым взглядом узенькие улочки.

За пятнадцать лет, что прошли с тех пор, как он ушел на войну с культом магё, город ни капли не изменился. Всё те же пыльные улицы. Всё те же торговцы, перекрикивающие друг друга в попытках завлечь покупателей.

Хотя вот эта группа маленьких оборванцев вносит какую-то новизну. Пятеро детей, два мальчика и три девочки разного возраста, на вид, от пяти до тринадцати лет, ходили с мятыми букетиками полевых цветов в руках и просили прохожих их купить.

— Дяденька, купите цветочек, пожалуйста. Всего одна медная монетка. — Подёргала Чон Ю Хи за рукав девочка лет семи. Одетая в рванье, но при этом чистая и опрятная, она выбивалась из общей массы нищих. Впрочем как и её друзья,

— Как тебя зовут, дитя? — Чон Ю Хи немного заинтересовала эта странность, и он сам не заметил, как задал этот вопрос.

— Имя этой недостойной Сяо Мин, господин — кротко ответила девочка, боязливо опустив взгляд. Видно она привыкла, что за этим вопросом шло наказание за непочтение.

— Сяо мин, — продолжил Чон Ю Хи — почему ты и твои друзья просите купить цветы, а не выпрашивание монетку просто так?

— Старшая сестра Жунь И говорит, что мы честные люди, а честные люди зарабатывают своим трудом.

— Возьму один. — Чон Ю Хи протянул девочке медную монетку.

— Спасибо вам, господин — поклонилась малышка. И, быстро смахнув с мужской ладони монетку в рукав своей рванины, аккуратно вложила в неё небольшой цветок, похожий на ромашку, только с голубыми лепестками. И, ещё раз поклонившись, побежала к своим товарищам.

— Небесный цветок. Обычный сорняк. — Чон Ю Хи покрутил в руках цветок и выбросил его на дорогу, где его быстро смешали с пылью десятки ног

Спустя некоторое время странная девочка затерялась в лабиринтах памяти. Чон Ю Хи всё так же бродил по городу и пытался найти хоть что-то, что вернуло бы ему вкус к жизни. Даже горячие сочные маньтоу, которые взрывались палитрой вкуса на языке, а их сок застывая на подбородке стягивал кожу жирной плёнкой.