Однажды в муриме

Он шел вдоль ночных улочек, пустым взглядом выискивая в подворотнях шанс покинуть этот гнилой мир. И в одной из подворотен он увидел плачущую Сяо Мин.

Ю Хи, не знал, что его заставило это сделать, но он присел рядом с девочкой, и молча уставился на стену дома напротив.

— Господин, вы же из мурима? — прошепелявила девочка разбитыми губами. Опухшее синее лицо с трудом выдавало в ней ту веселую и бойкую девочку с цветами

— Да. — односложно ответил Ю Хи, не отрывая пустого взгляда от стены.

— Мы со старшей сестрицей Жунь И и другими ребятами из одной деревни.

В прошлом году на нашу деревню напали горные бандиты. Старшая сестра увела нас и спрятала в лесу. Мы выжили, но мама, папа и другие сельчане... Старшая сестра добрая и честная, и очень красивая. Она всегда о нас заботилась. Отдавала нам всю еду, говорила что уже поела. Но я знаю, что она голодает. И теперь... Люди из секты кровавого тумана заставляют сирот воровать для них. Избивают людей, отбирают их имущество, насилуют, убивают.

— А как же лорд? — Ю Хи заинтересованно посмотрел на девочку.

— Они платят лорду. Люди говорят.... — Сяо Мин всхлипнула и продолжила. — Сегодня они забрали всех детей. Старшего брата Ён Би, младшего брата Ын Сона, младшую сестрёнку Сяо Чен и старшую сестру Жун И. Они подумали что я умерла от побоев, и поэтому оставили меня здесь. Я боюсь того, что с ними сделают. Мы всегда были для них как кость в горле. Мы отказывались воровать и торговать опиумом. А их главный всегда пускал слюни на сестрёнку Жун И. Она очень красивая.

Я это уже говорила. Сегодня они обвинили меня в воровстве. Я не крала. Я правда не воровала. Правда... — всхлипы переросли в тихое рыдание.

Чон Ю Хи молча слушал, не понимая, что он вообще здесь забыл. Такое сплошь и рядом происходит в муриме. Сильный пожирает слабого. Да и вообще все это не его дело. Так почему же он сидит и слушает? И что за неприятное чувство в груди?

— Сестрёнка Жун И говорила, что войны мурима сделают всё за хорошую плату. Вот. — Девочка протянула Ю Хи раскрытые ладошки, в которых лежали мятый цветок и гнутая медная монетка.

— Ты хочешь, чтобы я пошёл сражаться с целой сектой и спас тех детей за цветок и медную монетку? — Удивился Ю Хи.

— Нет. Я знаю что этого недостаточно, и что их уже не спасти. Это плата за то, что убьёте меня. Я не смогу выжить одна, и не хочу расставаться с ними. Мне страшно.

Цветок и монетка выпали из ослабевших дрожащих детских ручек, и почти у самой земли их подхватила мужская рука

— Плата принята.