Трон Знания. Книга 3

С тех пор как начались проливные дожди, Адэр приезжал сюда всего пару раз — нежданно-негаданно. Теперь, вернувшись из Лайдары, он решил провести остаток зимы в замке, и у Муна прибавилось работы. Во время непродолжительных визитов к Малике старик расхаживал по комнатам. Проводил надетой на одну руку белой перчаткой по подоконникам и каминной полке, по привычке выискивая пыль, и ругал нерадивых служанок, разленившихся кухарок, нерасторопных прачек, снегопады и морозы. Малика с сочувствующим видом кивала, хотя слышала только биение своего полусонного сердца, и радовалась, когда оставалась в оцепенелой тишине наедине с ленивым стуком.

Вилар приходил реже, чем Мун — государственные дела не позволяли ему сидеть в замке, — и душа Малики сворачивалась в клубок. Вилар требовал настоящего, а не поддельного внимания, ждал ответных слов на свои слова и требовал проявления чувств. Малика не могла дать ни того, ни другого, и на ходу придумывала причины, объясняющие её рассеянность и вялость. Мол, читала до утра и не выспалась, или забыла закрыть на ночь окно и простудилась.

Силы на сочинительство иссякали, и когда Вилар в очередной раз переступал порог, Малика с тоской думала, что была бы самой счастливой, если бы ей разрешили заколотить дверь и окончательно отгородиться от жизни.

С Ярисом было легко. Он ничего не спрашивал. Слушал сердце, считал пульс, смотрел в глаза, ставил на столик очередную бутылочку с какой-то микстурой, просил не скрывать, если станет хуже, и уходил, подарив на прощание наигранно-весёлую улыбку.

Он, как и Мун, знал, что от этой болезни лекарства нет.

Проходили заседания Большого или Малого Совета, решались срочные и текущие вопросы, и замок вновь пустел. Малика заставляла себя выйти из комнаты. Минуя апартаменты правителя, испытывала безразличие со слабым привкусом печали. Шла в библиотеку или в архив, но подолгу там не задерживалась — брала книги и спешила к себе. Книги пару дней лежали на подоконнике, после чего Малика вновь заставляла себя переступить порог, чтобы поменять их на другие ненужные повести, поэмы и романы.

А потом вообще потеряла интерес к «прогулкам» и прекратила бессмысленные потуги разнообразить дни.

Она не искала встреч с Адэром, не боялась случайно столкнуться с ним в коридоре и не пряталась от него. Если бы увиделась — спокойно прошла бы мимо. Её не волновало, где он и чем занимается. Может, просиживает в кабинете, а может, ездит в Ларжетай или в Лайдару.