Трон Знания. Книга 3

На второй этаж вели два лестничных пролёта, расположенных зигзагом. Малика в нерешительности топталась на верхних ступенях, понимая, что своим видом поставит Вилара в неловкое положение. Снизу доносилась музыка — скрипка и вроде бы альт. Звучали голоса, среди которых Малика пыталась уловить голос маркиза. Она бы окликнула, объяснилась и со спокойной душой вернулась к себе. По лестнице бегала прислуга, иногда проходил кто-то из местной знати (ветонов выдавал акцент), а Вилар не появлялся.

Не в силах больше ждать, Малика спустилась на второй этаж.

В начале коридора, освещённого множеством свечей, возник защитник:

— Ошиблась этажом, дорогуша?

Малика посмотрела в светло-серые глаза. Защитник отступил в сторону:

— Прости, моруна.

Она пошла по ковровой дорожке, озираясь. Слуги меняли свечи в шандалах, служанки сновали туда-сюда, держа перед собой серебряные подносы с бокалами. Возле окон и ответвлений коридора стояли защитники и стражи — и ни одного знакомого лица.

— Если он предложит тебе остаться на ночь, останешься? — раздался за спиной женский голос.

— Хочу и боюсь. Я слишком долго была вне игры, — прозвучало в ответ.

— Да, вдовий шарф тебя не красил.

— Не в шарфе дело — в желании. А его увидела, и вдруг проснулся аппетит.

— Неудивительно. Такой красавец.

— Эх, матушка! Смотрю я на этих клоунесс и понимаю, что у меня почти нет шанса.

— Я видела, как он раздевал тебя взглядом.

— Он всех раздевает.

— На то он и мужчина. А ты не сдавайся.

— В любом случае замужество мне не светит.

— Учу-учу, и всё без толку. Так и состаришься наивной дурой.

— Матушка, не начинайте.

— Муж для долга, любовник для услады. Зачем тебе опять ярмо? Наслаждайся жизнью, пока молода.

Малика замедлила шаг. Её обогнали две дамы. Глядя им в спины, нельзя было понять, где мать, а где дочь. У обеих чёрные локоны до пояса, безупречные фигуры, изящная походка и лишь платья разные: у одной горчичного цвета с гипюровыми рукавами, у второй тёмно-бордовое со шлейфом.

Малика вслед за дамами вошла в двустворчатые двери и растерялась. В зале было полным-полно народа. Черноволосые, с правильными чертами лица и прозрачными серыми глазами, ветоны походили друг на друга, и в то же время каждый отличался неповторимой, как горы, красотой.

Сверху лилась музыка. Малика подняла голову и посмотрела на длинный балкон, обнесённый кованой решёткой, — там расположились музыканты.