Свита падших богов: путь в Тир

– Ты будешь лепешку?

Папс усмехнулся.

– Нет, но спасибо, что предложил.

Родник нашелся именно там, где указал Папсуккаль, у большой скалы. Азрик напился, умылся и уселся ждать напарника.

Папс скоро появился. Лицо его было озабоченным, он критически осмотрел Азрика, в особенности его босые ноги.

– К путешествию ты готов неважно, – мрачно заявил он. – Ну, да ладно, главное – сделать первый шаг. Пошли.

– Подожди, – остановил его Азрик. – Если мы пойдем в Ханаан, то как я смогу отомстить тем, кто убил мою маму?

Воспоминания о родных уже не вызывали немедленных слез.

Папсуккаль кивнул.

– Понимаю тебя. Но им нужен ты. Поэтому тебе не нужно их искать. Они сами пойдут за тобой.

* * *

В пепле лежал маленький шарик. Аполлинор взял его двумя пальцами – не горячий.

– Эй, все сюда!

Продемонстрировав свою находку, жрец важно заявил.

– Боги не оставляют нас своей помощью! Нам нужно найти мальчишку – вот этот шарик приведет нас к нему!

– Как? – бестактно спросил Чернозубый.

Аполлинор повертел шарик в пальцах. Аполлон не дал ему никаких инструкций.

– Вероятно, нужно… просто бросить, и он покатится туда, куда нам нужно? – подсказал Пульций.

Брошенный шарик прокатился около двух шагов и застрял в песке.

– И куда идти? – спросил Чернозубый.

– Туда, куда шарик показал. Это арцет! –сказал растерянный Аполлинор.

– Арцет… – Чернозубый поднял шарик и повертел его в руках.

– Так куда идти-то? – с едва скрытой издевкой снова спросил Чернозубый. – Куда его бросишь – туда он и катится.

– Давайте в сторону дома его бросать, – сказал Кудра. Остальные заржали, Чернозубый присоединился к смеху.

– Если его нам дали боги, тогда нужно, наверное, что-то сказать перед броском, – рассудительно сказал Пульций. – Помолиться, может.

Аполлинор поднял шарик. Закрыл глаза, произнес заученные еще в детстве слова, снова бросил. Арцет покатился в третьем направлении.

– Не работает, – констатировал Чернозубый.

– Должен работать, – упорствовал Аполлинор. – Должен!

Пульций поднял шарик снова. Внимательно его осмотрел, протер ладонью, счищая налипшие песчинки. Глубоко вздохнул, закрыл глаза, потом бросил, изогнувшись как при игре в шары. Губы его шевелились.

Шарик повел себя странно.