Свита падших богов: путь в Тир

Пожалуйста! Ты не представляешь, каково это – жить вот так, сотни лет!

– Ты не представляешь, что я могу представить, – ответил Митра. – Мир изменился, Папсуккаль. Тебе место там, где ты находишься сейчас. Во всяком случае – пока.

– Пожалуйста, Ткач! Я тебя прошу. Я тебя умоляю!

Казалось, что Папсуккаль сейчас грохнется на колени.

– Пустое, дружище. Я не помню былые обиды, если ты про это. Но поверь, если хочешь снова возвыситься – прими то, что у тебя есть.

– Ткач, Ткач, а арнум? У меня много арнума! Это арнумсамого Зевса! Уж ты-то найдешь ему применение, правда!

– А он не твой.

– Но он же даже не знает, что это такое!

– Сейчас не знает. Но потом узнает. Правда?

Мальчик кивнул.

– А ты ему поможешь.

Папсуккаль перестал трястись.

– Как скажешь, Митра. Мир и вправду изменился, коли ты так говоришь. Как скажешь.

– Ну, вот видишь – у тебя уже начинает получаться. Поверь, путь к подлинному величию лежит через унижения. Поверь сейчас, потом поймешь. И еще – пока ты с мальчиком, ты защищен.

Папс посмотрел на Митру, потом на Азрика.

– Значит, пока я защищал его, он…

– Именно так. Вы связаны, и сейчас даже я не смогу разорвать вашу связь. Да это, наверное, и не нужно.

Папс ему не ответил, постоял немного, потрогал дырки в груди – они медленно затягивались. Потом исчез – видимо, вернулся в статуэтку.

Митра махнул рукой на прощанье, но исчезать не стал, а аккуратно вышел через закрытую дверь.

В комнате воцарилось молчание.

– Не могу поверить, что все это произошло со мной.

Снова скрипнула, открываясь, дверь. В комнату, подобрав плащ и осторожно ступаявошел Энимилки.

Посмотрел на разгром, кровь на стенах, труп Чернозубого, на Чеснаба – тот стоял в полоборота к двери, и раны на его спине были хорошо видны.

– Здравствуй, Арибардан, – сказал купец. – Или как тебя зовут на самом деле?

– Азрик, – тихо сказал мальчик.

– Хорошее имя. Вот мы и познакомились по настоящему.

– Меня зовут Чеснаб, сын Картаба, – сказал ловец губок и неловко поклонился. – Девочку зовут Лиса.

– Очень приятно. Я прибыл некоторое время назад, но никак не мог одолеть вашу лестницу – поднимался до середины и снова оказывался у ее подножия. Чудеса, да и только.

Азрик решился.

– Я прошу прощения, дорогой и уважаемый Энимилки, за то, что обманул вас. Этому были свои причины.

– Какие причины?

Мальчик упрямо сжал губы.