Орней. Книга I. Звезда Странника

Возле него остановились молодая торговка с корзиной, полной отборной трески.

— Зашибут, — повторила она. — Ищешь кого?

— Пинас «Разящий»…

— Не вернулась еще эскадра. У тебя там кто служит, сын?

На лице старика отразилось волнение:

— Сын… да. Давно ли эскадра в море?

— Уж седмица прошла.

— Успел, успел… — забормотал старик.

— Случилось чего?

— Поберегись! — рявкнул верзила-грузчик, сгибающийся под тяжестью мешка с зерном.

— Пошли-ка, добрый человек, отведу тебя в «Красный петух». Таверна, тут, недалече, — добавила женщина, заметив, что старик встревожился.

— Хозяин, Огюст — мой брат. А мне на рынок пора, рыба стухнет. Проведаю тебя вечером.

Блез Роан тупо смотрел на поставленную перед ним кружку холодного пива, как никогда остро осознавая, насколько стал стар и немощен.

— Не надоело тебе нищих подбирать а, Маго? — донесся от стойки недовольный голос хозяина, дородного мужчины с наметившейся лысиной.

— Не в себе он, — возразила сердобольная торговка. — Бегу, сочтемся за Пределом.

— Угольками от демонов, — проворчал Огюст, когда за бойкой сестрицей закрылась дверь.

Он подошел к сидящему в дальнем углу таверны Блезу.

— И вправду сын на «Разящем»?

— Вправду, — буркнул Роан.

— А звать как?

От необходимости отвечать его избавил раздавшийся снаружи крик:

— Эскадра! Эскадра вернулась!

Блез подхватился, едва не опрокинув кружку, и со всей возможной прытью бросился наружу.

Мэтр Огюст, подстегиваемый любопытством, вышел за ним.

На пирсе добавилось женщин в саржевых платьях и белоснежных чепцах.

Поодаль остановилось несколько карет, из которых выглядывали дамы, чьи наряды соревновались в великолепии и изысканности, а широкополые шляпы были украшены перьями и живыми цветами.

Эскадра адмирала Кювилье, состоящая из четырех галеонов, трех пинасов и пинки входила в гавань. На первом галеоне горделиво развевался черно-золотой флаг королевского дома и алый адмиральский штандарт. Из форта донесся пушечный выстрел, которому ответило носовое орудие флагмана.

Толпа пришла в движение, и Огюст потерял из виду странного старика. Постояв на пороге, он вернулся в таверну.

Матросы сноровисто убирали паруса, корабли замедляли ход и один за другим бросали якорь.

— Который же «Разящий»? — спросил Блез у стоящего рядом мальчишки.

— Эвон! — указал тот на дальний из пинасов,

От корабля отошли три шлюпки, и Блез, рискуя свалиться в воду, то всматривался в находящихся в них людей, то тревожно озирался на толпу.